Санкт-Петербургский государственный университет

ВУ Нгок Иен Кхань
	
Выпускная квалификационная работа

Синонимические ряды русских глаголов с доминантами бездельничать и хитрить на фоне вьетнамского языка: функционально-семантический аспект

Уровень образования: магистратура
Направление 45.04.02 «Лингвистика»
Основная образовательная программа ВМ.5622. «Русский язык и русская культура в аспекте русского языка как иностранного»
Профиль «Русский язык и русская культура в аспекте русского языка как иностранного»

Научный руководитель: 
профессор, Кафедра русского языка как иностранного и методики его преподавания,
Зиновьева Елена Иннокентьевна
Рецензент: 
доцент, ФГБОУВО «Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. М.А. Бонч-Бруевича»,
Абыякая Олеся Викторовна

Санкт – Петербург
2021
ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ГЛАГОЛЬНЫХ СИНОНИМОВ РУССКОГО ЯЗЫКА
1.1.	Особенности глагола как части речи
1.2.	Основные словарные объединения русского языка
1.3.	Подходы к определению и изучению синонимов в научной литературе
1.3.1.	Понятия «синонимия» и «синоним». Основные подходы к изучению синонимов
1.3.2. Виды синонимов
1.3.3.	Понятие синонимического ряда и доминанты синонимического ряда
1.4.	Словари синонимов русского языка
1.5.	Аспекты изучения русских глаголов поведения в научной литературе
1.6.	Проблемы изучения синонимов на фоне вьетнамского языка
Выводы
ГЛАВА 2. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ СИНОНИМИЧЕСКИХ РЯДОВ РУССКИХ ГЛАГОЛОВ С ДОМИНАНТАМИ БЕЗДЕЛЬНИЧАТЬ И ХИТРИТЬ
2.1.	Состав и общая характеристика материала. Методика исследования
2.2.	Синонимический ряд русских глаголов с доминантой бездельничать
2.1.1.	Состав и структура синонимического ряда русских глаголов с доминантой бездельничать
2.1.2.	Бездельничать
2.1.3.	Баклушничать – шалопайничать – балбесничать – лоботрясничать
2.1.4.	Лодырничать – лентяйничать – лениться
2.1.5.	Сибаритствовать – барствовать
2.1.6.	Переводческие эквиваленты русских синонимичных глаголов во вьетнамском языке
2.3.	Синонимический ряд русских глаголов с доминантой хитрить
2.3.1.	Состав и структура синонимического ряда русских глаголов с доминантой хитрить
2.3.2.	Хитрить
2.3.3.	Лукавить – плутовать – финтить – химичить
2.3.4.	Изворачиваться – юлить – ловчить – лавировать
2.3.5.	Темнить – крутить – вилять
2.3.6.	Мудрить
2.3.7.	Переводческие эквиваленты русских синонимов во вьетнамском языке
Выводы
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Список использованной литературы
ПРИЛОЖЕНИЯ
Приложение 1: Образец анкеты для носителей русского языка
Приложение 2: Образец анкеты для носителей вьетнамского языка

ВВЕДЕНИЕ
Исследование единиц различных словарных объединений русского языка с точки зрения особенностей их значения и употребления на фоне родного языка учащихся важно и при теоретическом изучении лексической системы, и для практики преподавания русского языка в иностранной аудитории.
Глагол, по выражению Н.Ю. Шведовой, является «доминантой русской лексики», этим определяется его ядерное положение в русском языке (Шведова, 1995: 409). Л.М. Васильев справедливо отметил, что глагол отличается от других частей речи «сложностью своего содержания, разнообразием грамматических категорий и форм, богатством парадигматических и синтагматических связей» (Васильев, 1981: 34). 
Актуальность данного исследования обусловлена тем, что, во-первых, глаголы поведения входят в ядро практически любого национального языка, составляют объёмное словарное объединение в русском языке (по данным словаря Л.Г. Бабенко, лексико-семантическая группа глаголов поведения и поступка насчитывает 173 лексико-семантических варианта). Кроме того, в количественном отношении преобладают глаголы поведения, содержащие отрицательную оценку, образующие многочисленные синонимические ряды. Во-вторых, глагольные синонимы трудны для восприятия и употребления иностранными учащимися из-за близости семантики этих единиц, трудности дифференциации оттенков значения, возможности/невозможности взаимозамены в различных контекстах использования, функционирования в разных типах дискурса (обиходно-разговорного, художественного, публицистического), различий в грамматических особенностях (управлении, направленности обозначаемого действия), прагматического компонента значения. В-третьих, на данный момент не хватает лингвометодических описаний синонимических рядов глаголов поведения в учебных пособиях по русскому языку как иностранному, отсутствуют синонимические учебные словари данных глагольных синонимов, ориентированные на иностранного (в частности, вьетнамского) адресата.
Объектом детального исследования в данной работе являются синонимические ряды русских глаголов отрицательно оцениваемого поведения с доминантами бездельничать и хитрить.
Эти ряды были выбраны для подробного исследования по нескольким причинам: выделенности, важности в русском языковом сознании понятий «трудиться» и «бездельничать» при явной маркированности и неприятии последнего, а также выделенности и отрицательной оценки лексики, номинирующей обман, в том числе и номинации действий обманного характера. Кроме того, в количественном отношении выбранные для детального анализа синонимические ряды являются самыми объёмными.
Предметом исследования служат семантика, особенности функционирования и прагматический компонент значения синонимов на фоне вьетнамского языка. 
Гипотеза исследования заключается в том, что анализ отобранного лексического материала позволит прогнозировать трудности при работе с данными синонимами во вьетнамской аудитории, а также способы их преодоления путём чёткого лингвометодического описания, что способно повысить уровень владения русским языком иностранных учащихся.
Цель работы – выявление особенностей семантики и функционирования глаголов синонимических рядов с доминантами бездельничать и хитрить в современном русском языке для их дальнейшей презентации во вьетнамской аудитории. 
Для этого необходимо решить следующие задачи: 
1)	описать теоретическую базу исследования;
2)	определить состав синонимических рядов с доминантами бездельничать и хитрить по данным словарей синонимов русского языка;
3)	проанализировать дефиниции толковых словарей русского языка для выявления различий в семантике синонимов, их стилистической принадлежности на уровне языковой системы;
4)	провести анализ функционирования синонимов на обширном материале «Национального корпуса русского языка»;
5)	разработать анкету и провести анкетирование носителей современного русского языка для выявления различий между синонимами в русском языковом сознании, уточнения состава синонимических рядов;
6)	провести изучение русских глагольных синонимов на фоне их переводческих эквивалентов во вьетнамском языке;
7)	предложить лингвометодические рекомендации для работы с данными единицами во вьетнамской аудитории.
Научная новизна исследования видится в том, что впервые предпринимается выявление оттенков значения, грамматических особенностей, стилистических различий и ситуаций использования синонимичных глаголов на обширном языковом материале русского языка, что позволит предложить конкретный набор параметров описания русских единиц для их оптимальной презентации во вьетнамской аудитории. 
Теоретическая значимость данного исследования состоит в том, что его результаты могут внести вклад в дальнейшее изучение лексической (глагольной) семантики и прагматики, в теорию учебной лексикографии. Функционально-семантическое изучение глагольных синонимов одного языка на фоне другого позволит выявить межъязыковые векторные соответствия, определить наличие имплицитных сем в значении русских единиц, затрудняющих их восприятие вьетнамцами, выделить ситуации, в которых возможна взаимозамена русских синонимов и причины, по которым такая замена не представляется возможной.
Практическая значимость работы заключается в том, что ее результаты могут быть использованы непосредственно в практике преподавания русского языка во вьетнамской аудитории, в частности, на занятиях в рамках разговорной темы «Поведение человека», на лекциях и семинарах по лексикологии, лексикографии, прагматике, в практике учебной лексикографии.
Материалом для исследования послужили данные толковых словарей русского языка и толкового словаря вьетнамского языка; двуязычного русско-вьетнамского словаря; словарей синонимов русского языка; данные словаря синонимов вьетнамского языка; контексты употребления глаголов, представленные на сайте «Национальный корпус русского языка» (далее – НКРЯ) и результаты анкетирования носителей русского и вьетнамского языков. 
Методы и приёмы исследования: описательный метод, сопоставительный метод, метод компонентного анализа значения, дистрибутивный метод, приём сплошной выборки материала из словарей синонимов, приём направленной выборки контекстов употребления анализируемых глаголов, приёмы анкетирования, стилистической характеристики и количественных подсчётов.
На защиту выносятся следующие положения:
1.	При анализе синонимических рядов глаголов целесообразно использовать методику исследования, включающую ряд последовательных этапов, позволяющих выявить значения глагольных синонимов на уровне языка, дискурса и языкового сознания носителей языка.
2.	Релевантными параметрами характеристики рассматриваемых синонимов русского языка для оптимизации работы с данными единицами в иностранной аудитории являются: наличие семантических оттенков значения, реализующихся в конкретных ситуациях использования глаголов; дифференциальных (часто имплицитных) сем, актуализируемых в дискурсе; отнесённость глагола к ядру или периферии синонимического ряда; употребительность в современном русском языке; использование применительно к определённому субъекту; деривационные и функциональные особенности членов ряда.
3.	При прогнозировании трудностей изучения русских синонимов во вьетнамской аудитории следует учитывать количественную характеристику синонимических рядов в двух языках, возможность наличия межъязыковых векторных соответствий, многозначность лексем русского и вьетнамского языков, различия диалектов вьетнамского языка, наличие или отсутствие переводческих аналогов русских синонимов во вьетнамском языке.
Структура работы: работа состоит из введения, двух глав, заключения, списков использованной литературы, словарей и электронных ресурсов, а также приложений.
Во введении обосновывается актуальность темы, определяются объект и предмет исследования, формулируются гипотеза, цель и задачи работы, указываются используемые в работе методы исследования, формулируются новизна, теоретическая и практическая значимость исследования, представлены положения, выносимые на защиту. В первой главе рассматриваются теоретические основы изучения глагольной лексики русского языка, особое внимание уделяется исследованию синонимии, а также работам, посвящённым анализу глаголов поведения в научной литературе. Во второй главе определяются состав и структура исследуемых синонимических рядов русских глаголов и приводится их детальный функционально-семантический анализ на фоне вьетнамского языка. Заключение содержит основные выводы исследования. В приложениях представлены образцы анкет для носителей русского и вьетнамского языков.

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ГЛАГОЛЬНЫХ СИНОНИМОВ РУССКОГО ЯЗЫКА
1.1.	Особенности глагола как части речи
Глагол занимает особое положение среди основных частей речи. Во многих работах по грамматике наиболее сложный и ответственный раздел грамматики составляет описание системы русского глагола. В.В. Виноградов в своём известном труде «Грамматическое учение о слове» отметил, что «глагол – самая сложная и самая ёмкая грамматическая категория русского языка. Глагол наиболее конструктивен по сравнению со всеми другими категориями частей речи» (Виноградов, 2001: 349). Трудности при изучении русского глагола видятся в сложности содержания, многообразии грамматических категорий, лежащих в глагольной лексеме, в семантике и способности к сочетанию с другими словами.
В понимании объёма глагола как части речи можно выделить широкое и узкое направления. Узкое понимание включает два подхода. Первый подход предполагает отнесение к глаголу лишь личных (спрягаемых) форм, инфинитив выделяется в отдельную часть речи, причастия относят к прилагательным, а деепричастия – к наречиям. При втором подходе в состав глагола входит инфинитив, причастие и деепричастие либо отнесены к прилагательным и наречиям, либо образуют особые части речи. Сторонниками данного направления являлись Н.Н. Дурново, В.В. Виноградов, Н.М. Шанский, А.Н. Тихонов и другие лингвисты. А в широком понимании личные формы глагола, инфинитив, причастия и деепричастия считаются формами одного и того же слова, но на данный момент подобная интерпретация ещё требует дальнейшего теоретического обоснования (Богданова, 2009: 327-328).
В теоретической грамматике существует много определений глагола. Л.Л. Буланин выделил три типа дефиниций в зависимости от выбранного исследователями направления: чисто семантическое определение, семантическое определение с указанием грамматических признаков и «формально-грамматическое направление» (Буланин, 1978: 103). 
В определениях первого типа глагол традиционно понимается как «…часть речи, которая включает слова, обозначающие действие или состояние предмета, например: Тихо веет тёплый ветерок. Луг, как бархат, зеленеет» (Земский, 2000: 138). Таким образом, согласно данному подходу, девербативы типа изучение, говорение тоже относятся к этому разряду слов, поскольку они называют действие или состояние. Следовательно, определение глагола лишь со стороны семантики можно признать некорректным. 
Примером второго типа дефиниций может служить следующая: «Глагол – это часть речи, обозначающая процесс и выражающая это значение в категориях вида, залога, наклонения, времени и лица; глагол обладает также категориями числа и – в формах прошедшего времени и сослагательного наклонения – категорией рода» (Русская грамматика, 1980: 582). Отметим, что в данном определении исчезает указание на способность глагола обозначать состояние субъекта. Кроме того, остаётся открытым вопрос о том, какие именно формы глагола включаются в определяемую часть речи. 
В рамках формально-грамматического направления существует узкое понимание глагола как части речи, под глаголами понимаются «слова спрягаемые (изменяемые по лицам)» (Абакумов, 1924: 30). С точки зрения С.И. Абакумова, лишь личные формы принадлежат к глаголу, а остальные формы – к иным частям речи.
Что касается семантики русского глагола, то по данному вопросу среди грамматистов нет единой точки зрения. В известной статье «О частях речи в русском языке» Л.В. Щерба утверждает, что основным значением глагола является лишь действие, например, в следующем контексте: Ягодка краснеется в траве «краснение» абсолютно представляет собой действие (Щерба, 1957: 78). Другие исследователи, например, С.И. Богданов, определяют категориальное значение глагола как «обозначение процессуального (динамического) признака предмета, т.е. такого признака, который способен изменяться во времени. Фактически глаголы могут обозначать статические признаки» (Богданов, 2009: 323).
В данном исследовании мы присоединяемся ко второй точке зрения. Исследуемые нами глаголы могут обозначать как конкретное действие, так и постоянное свойство. Рассмотрим следующие примеры:
1.	Никуда он не улетит. Делает вид, что улетает, хитрит, а потом развернётся на сто восемьдесят градусов и будет тут как тут. Внезапность – вот его козырь. Я много чего знаю о филинах (Вацлав Михальский. Прощёное воскресенье // Октябрь, 2009) [НКРЯ]. 
2.	В холодных глазах его – только опыт, много опыта и усталость. Он не хитрит. Он прост, как его кабинет, где – только стол, три стула и карта области на стене. – Вы хотите, чтобы учитель работал с полной отдачей сил? (Булат Окуджава. Новенький как с иголочки (1962)) [НКРЯ].
Лексико-семантические варианты глагола хитрить позволяют в первом контексте описать поведение субъекта (филина), вводящего окружающих в заблуждение в конкретной ситуации, а во втором – охарактеризовать свойство личности человека. 
В связи с тем, что русский глагол содержит значительное количество категорий, он обозначает не только конкретное действие, определённое явление действительности, но и описывает всю ситуацию. «В отличие от других частей речи, глагол обозначает целую процессуальную ситуацию, элементами которой являются (могут быть) субъект, объект и другие участники» (Фоменко, 1996: 233). Например, в материале нашего исследования: Теперь бездельничаю, благо средства предков позволяют (Вадим Громов. Компромат для олигарха (2000)) [НКРЯ]. В данном примере один из лексико-семантических вариантов глагола бездельничать в сочетании с глаголом позволяют представляют целую ситуацию: ‘сознательно праздный образ жизни, когда финансовые возможности это позволяют’; а остальные члены предложения, выражающиеся единицами иных частей речи, лишь дают более подробное и детальное описание такой ситуации. Таким образом, в смысловой структуре предложения, как справедливо указывал Л.М. Васильев, глагол «...занимает, как правило, центральное положение» (Васильев, 1981: 35).
Семантическое своеобразие русского глагола определяется также взаимосвязью лексических и грамматических свойств. В русском языке оппозитивные отношения между глаголами, в целом, обусловлены категорией вида. Видовая пара – это пара глаголов несовершенного и совершенного вида (далее – НСВ, СВ соответственно), причём составляющие глаголы тождественны по лексическому значению, но различны по грамматическому. Видовые формы глагола образуются на основе лексической семантики глагола и могут информировать о длительности или результативности действия, о повторяемости или однократности действий и т.п. (Русская грамматика, 1980: 583-584), например, в нашем материале: хитрить – схитрить, лавировать – славировать, химичить – схимичить. 
Известно, что «категория вида охватывает все глаголы, но не все глаголы формируют видовые пары. Способность глаголов объединяться в видовые пары зависит от лексического значения глагола» (там же). Так, существуют одновидовые и двувидовые глаголы. Что касается одновидовых глаголов, то они делятся на одновидовые глаголы НСВ и одновидовые глаголы СВ. В данной работе мы в большей степени обращаем внимание на одновидовые глаголы НСВ, которые «принадлежат к лексико-грамматическому разряду непредельных глаголов», т.е. основы данных глаголов «не способны по своей семантике выражать достижение или стремление к достижению» предела действия (там же). Примером может служить глагол бездельничать из нашего материала. В толковых словарях русского языка, глагол бездельничать трактуется следующим образом: «ничего не делать, предаваться безделью, вести праздный образ жизни» (см. подробнее словари Шведовой, Кузнецова, БАС, МАС). Таким образом, бездельничать обозначает лишь постоянное состояние. А двувидовые глаголы могут функционировать в одних контекстах как глагол НСВ, в других – как глагол СВ. 
Говоря о взаимосвязи лексических и грамматических свойств глагола, следует также уделить внимание валентности глагола. По данным «Лингвистического энциклопедического словаря» под ред. В.Н. Ярцевой (далее – ЛЭС), «валентность – способность слова вступать в синтаксические связи с другими элементами» (ЛЭС, 1990: 79). Что касается валентности глагола, то следует подчеркнуть, что она очень релевантна. Русские глаголы обладают тем или иным управлением, и, разумеется, разной сочетаемостью. Именно данное свойство глагола является одним из параметров, определяющих различия лексического значения членов одного синонимического ряда. Рассмотрим фрагмент синонимического ряда русских глаголов поведения с доминантой бездельничать: бездельничать – шалопайничать – сибаритствовать. Все три глагола являются глаголами НСВ, употребляющимися без дополнения. Однако, анализируя субъект действия при этих синонимах, необходимо отметить, что шалопайничать используется применительно к детям, сибаритствовать – когда речь идёт о взрослых, а бездельничать могут как дети, так и взрослые люди.
Таким образом, с формальной стороны, глагол представляет собой сложную и разветвлённую систему форм. С содержательной стороны, глагол образует объёмную часть речи, именующую действие, процесс и состояние. Занимая центральное место в смысловой структуре предложения, глагол создаёт вокруг себя окружение, вербализуемое единицами иных частей речи.
1.2.	Основные словарные объединения русского языка
Слова национального языка связаны между собой, образуют разного объёма словарные объединения, составляющие единую систему.
Система – совокупность, элементы которой связаны друг с другом по определённым принципам. «Каждый из этих элементов обнаруживает свою качественную определённость только в составе целого, всей совокупности» (Касевич, 1977: 11-12). Язык тоже представляет собой систему. Языковая система – «множество языковых элементов любого естественного языка, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определённое единство и целостность» (ЛЭС, 1990: 452). Языковая система – очень сложная система, иерархически организованная. В ней существуют подсистемы, например, уровни языка. И каждая подсистема имеет свои подсистемы. Примером подсистемы может служить лексическая система. Выделение словарных объединений русского языка – вопрос до настоящего времени достаточно дискуссионный. Но «несмотря на множество различных точек зрения на принципы группировки слов и связанную с этим пестроту и пересекаемость терминологии, выявляется некоторая общая тенденция разграничения, по крайней мере, некоторой упорядоченности терминологии. Характер семантических признаков и тех отношений, которые складываются в лексических объединениях, определяет, в конечном счёте, тип группы, класса слов. В настоящее время принято выделять семантическое поле, лексико-семантическое поле, лексико-семантические группы и лексико-тематические группы, включающие такие объединения, как синонимические ряды и антонимические пары и др.» (Николенко, 2005: 8).
По мнению П.Н. Денисова, системность лексики можно проследить в следующих группах слов: «1) семантическое поле, 2) лексико-семантическая группа, 3) тематическая группа, 4) ситуативная группа, 5) коммуникативная группа, 6) родо-видовая группа, 7) синонимический ряд, 8) антонимическая пара, 9) словообразовательное гнездо, 10) эпидигматическая группа (совокупность всех значений, или ЛСВ одного многозначного слова)» (Денисов, 1980: 119). 
Соотношение основных типов словарных объединений наглядно представлено в работе Чжан Хун в виде следующей схемы (2007: 9):

Лексико-семантическое поле

Лексико-тематическое группа

Лексико-семантическое группа

 Антонимо-синонимический блок

Антонимический ряд

Синонимический ряд

На наш взгляд, из данной схемы следует исключить такое объединение, как лексико-тематическая группа, поскольку слова в рамках данного объединения группируются не на основе общности семантики, а критерием их отнесения к группе является общность темы или ситуации.
Лексико-семантическое поле является самым крупным лексическим объединением. Семантическое поле (СП) – «иерархическая структура множества лексических единиц, объединённых общим (инвариантным) значением и отражающих в языке определённую понятийную сферу. ... Лексику можно представить в виде системы взаимодействующих СП, которые образуют сложную и специфическую для каждого языка «картину мира» (Русский язык. Энциклопедия, 1998: 458). Для лексико-семантического поля постулируется наличие общего (интегрального) семантического признака, объединяющего все единицы поля и обычно выражаемого лексемой с обобщённым значением (архисемой), «например, признак «перемещение в пространстве» в семантическом поле глаголов движения: «идти», «бежать», «ехать», «плыть», «лететь» и т.п., и наличие частных (дифференциальных) признаков (от одного и более), по которым единицы поля отличаются друг от друга, например, «скорость», «способ», «среда передвижения...» (ЛЭС, 1990: 380-381). 
Лексика, объединённая в семантических полях и соответствующим образом систематизированная, представляет интерес для продвинутого этапа обучения, когда, например, ставится цель систематизации, обобщения изученного ранее материала. Но размытость и произвольность границ, а также слабая структурированность лексико-семантических полей затрудняют их использование в качестве словарного объединения при группировке лексических единиц с целью их описания для презентации в иностранной аудитории и представления в учебных словарях (Слесарева, 1990).
Лексико-семантическая группа (ЛСГ) – это «класс слов одной части речи, имеющих в своих значениях достаточно общий интегральный семантический компонент (компоненты) и типовые уточняющие дифференциальные компоненты, а также характеризующиеся высоким схематизмом сочетаемости и широким развитием функциональной эквивалентности и регулярной многозначности» (Кузнецова 1989: 62); ЛСГ в лингводидактике определяется как «языковая и психологическая реальность, принципиально вычленимое объединение слов, члены которого имеют одинаковый грамматический статус и характеризуются однородностью смысловых отношений – отношений смысловой близости по синонимическому типу» (Слесарева, 1990: 52).
Внутри ЛСГ выделяются более мелкие лексические объединения – антонимо-синонимические блоки и синонимические ряды. Последние являются объектом исследования в данной магистерской диссертации.
Лексические единицы не существуют изолированно друг от друга, они объединяются системными отношениями. Выделяются три основных вида системных отношений в лексике: парадигматические, синтагматические и деривационные. На основе парадигматических отношений слова могут быть сгруппированы по сходству или противоположности значения (синонимы и антонимы), по стилистическим свойствам, по типам словообразования (гнездо слов, семья слов), по происхождению и т.д. (ЛЭС, 1990: 367).
В синтагматических отношениях лексические единицы объединяются друг с другом по закономерным сочетаниям, т.е. в речи слова расположены последовательно одно за другим, сочетаются на логико-семантической и грамматической основе. В ЛЭС отмечается, что синтагматические отношения – это «отношения между знаками языка, возникающие между последовательно расположенными его единицами при их непосредственном сочетании друг с другом в реальном потоке речи или в тексте» (ЛЭС, 1990: 447). 
В лексической системе существуют также деривационные (от деривация) отношения между единицами. Деривация – «процесс создания одних языковых единиц (дериватов) на базе других» (ЛЭС, 1990: 129-130). Деривационные или словообразовательные отношения «обнаруживаются как между единицами одного и того же уровня…, так и между единицами разных уровней» (там же). Например, от бездельничать образуются пробездельничать, побездельничать; от лениться образуется облениться.
В данном исследовании наибольший интерес для нас представляют парадигматические отношения, поскольку объектом изучения являются синонимические ряды русских глаголов, где единицы соединяются такой связью, например, в нашем материале: хитрить – вилять – лукавить. 

1.3.	Подходы к определению и изучению синонимов в научной литературе
1.3.1.	Понятия «синонимия» и «синоним». Основные подходы к изучению синонимов
Вопросы, связанные с проблемой синонимии, обсуждаются с античности до нашего времени. По данным «Словаря лингвистических терминов» О.С. Ахмановой, «синонимия – совпадение по основному значению (обычно при сохранении различий в оттенках и стилистической характеристике) слов, морфем, конструкций, фразеологических единиц и т.д.» (Ахманова, 1966: 407). В словарной статье «Синонимия» ЛЭС Л.А. Новиков предлагает рассматривать синонимию как «тип семантических отношений языковых единиц, заключающийся в полном или частичном совпадении их значений. Синонимия свойственна лексической, фразеологической, грамматической, словообразовательной системам языка» (ЛЭС, 1990: 446-447). Однако в лингвистических трудах наибольшее внимание уделяется синонимическим отношениям в лексической системе.
С середины ХХ века лексическая синонимия подробно рассматривается в работах Ю.Д. Апресяна, А.А. Брагиной, А.Д. Григорьевой, А.П. Евгеньевой, А.А. Уфимцевой, Л.М. Васильева и других. Проблема синонимии и синонимов остаётся актуальной и многоаспектной в связи с тем, что до настоящего момента вопросы определения рассматриваемых понятий, характеристики синонимов и их взаимозаменяемости ещё вызывают дискуссию.
Так, «при обсуждении проблем синонимии необходимо чётко разграничивать два аспекта её изучения – теоретический и практический» (Уфимцева, 1967: 26). В теоретическом аспекте исследуются сущность и функции синонимов; делается попытка их классификации. А в практическом аспекте изучение синонимов обусловливает составление синонимических словарей. Невзирая на разграничение эти два аспекта тесно связаны между собой, поскольку любой теоретический вывод необходимо обосновать практическими исследованиями, языковыми фактами. Заметим, что и теоретические исследования, в том числе в области синонимии, могут иметь дальнейшее практическое, лингводидактическое преломление. 
В российской лингвистике на лексическом уровне, как отмечает В.А. Белов, выделяются следующие подходы к изучению синонимов:
•	денотативный подход, предлагающий рассматривать синонимы как слова, которые выражают одно явление действительности; 
•	сигнификативный подход, где синонимы понимаются как слова, тождественные или близкие по семантике; 
•	структурный подход, рассматривающий синонимы с формальной и семантической сторон; 
•	прагматический подход, определяющий синонимы на основе контекстуальной взаимозаменяемости; 
•	психолингвистический подход, рассматривающий синонимы как единицы лексикона носителя языка (Белов, 2018: 96).
В рамках денотативного подхода синонимы рассматриваются как слова, «обозначающие одно и то же явление объективной действительности» (Палевская, 1964: 29). В «Кратком словаре синонимов» В.Н. Клюева придерживается той точки зрения, что синонимы определяются как «слова-понятия, отражающие сущность одного и того же явления объективной действительности…» (Клюева, 1956: 5). По сути в качестве синонимов данных понятий могут выступать лексемы, «которые обозначают одно и то же: один и тот же предмет, один и тот же признак, одно и то же действие. Например, двумя разными словами: бегемот, гиппопотам – называют одно и то же животное» (Баранов, 2012: 161). Более того, на наш взгляд, выражать «одно и то же явление объективной действительности» могут глагол и отглагольное существительное (исследовать – исследование), непроизводное и производное слова (бег – бегать) и т.д. В современной лингвистике эта трактовка не принимается лингвистами, т.к. в этом случае синонимы рассматриваются лишь с экстралингвистической точки зрения (Белов, 2018: 97). 
В отличие от денотативного подхода, сторонники сигнификативного подхода, например, А.А. Брагина, понимают синонимы как лексемы, которые «близки по своему значению и выражают одно понятие» (Брагина, 1986: 6). Можно отметить, что в данной концепции центральное внимание уделяется степени дифференциации между синонимичными единицами. Главным принципом сигнификативного подхода служит тождество понятия, выражаемого синонимами.
Представители данного направления (А.П. Евгеньева, Р.А. Будагов, Л.А. Новиков, С.Г. Бережан, А.А. Брагина) предлагают 2 подхода к определению понятия «синонимы». При первом синонимы трактуют как лексемы, которые тождественны по семантике. При втором подходе синонимы рассматриваются как лексемы, которые тождественны или очень близки по семантике, т.е. при изучении синонимов следует учитывать не только их семантическую эквивалентность, но и стилистические, и семантические различия, включая также их оценочность (Белов, 2018: 97). В рамках данного подхода синонимы рассматриваются в более широком и традиционном понимании. В качестве иллюстрации остановимся на 2 глаголах из нашего материала: хитрить – ловчить. 
	Хитрить	Ловчить	
Лексическое значение	1. Действовать с хитростью, неискренне. 
2. Придумывать что-н. хитроумное, замысловатое. (Шведова, 2008: 1063)	Действовать ловко, преимущественно неблаговидными способами для достижения какой-н. личной выгоды.
(Шведова, 2008: 413)	
Стилистическая отнесенность	Глагол является разговорным в обоих значениях	Глагол относится к просторечию	
Оценочность	Нейтральная или неодобрительная оценка	Нейтральная или неодобрительная	
Употребление в контексте	Я убеждён, что почти все шпионы действуют неправильно. Они зачем-то маскируются, хитрят, изображают простых советских граждан. Сама таинственность их действий – подозрительна. Им надо вести себя гораздо проще. (Сергей Довлатов. Чемодан (1986)) [НКРЯ].	Ни для кого из наших олигархов наши миллиарды не стали наградой за труд, за служение обществу, за служение обществу на ниве бизнеса, я это имел в виду. Они ловчили и получили призы ― наше достояние. Это дело надо поправить, я думаю. И вижу опасности и на этом пути. (Сергей Доренко. Левые силы - перезагрузка // «Завтра», 2003.08.13) [НКРЯ].	

К сигнификативному подходу присоединяется большинство языковедов, поскольку синонимы являются языковыми единицами, и должны изучаться лингвистическими методами. Представители сигнификативного подхода акцентируют внимание на выделении сем из лексического значения синонимов посредством метода компонентного анализа. Именно данный метод поможет определить состав и объём одного синонимического ряда. 
Если в традиции изучения синонимов центральное внимание уделялось содержанию таких единиц, то в 1970-х гг. лингвисты начали изучать синонимы также с формальной стороны. Данный подход называется структурным. Сторонники структурного подхода, например, Ю.Д. Апресян, предлагали рассматривать синонимы в содержательном и формальном планах. Ю.Д. Апресян считает, что «обычное определение синонимов как слов с совпадающими или сходными значениями не опирается на строгую теорию толкований и поэтому само по себе не обеспечивает формального установления факта синонимичности-несинонимичности двух выражений» (Апресян, 1995: 218). 
В связи с этим, по мнению Ю.Д. Апресяна, лексемы считаются синонимами, если между ними существуют «полностью совпадающее толкование», «одинаковое число активных семантических валентностей», «принадлежность к одной части речи» (Апресян, 1974: 223). В данной трактовке второй принцип, на наш взгляд, требует дальнейшего обоснования, так как члены одного синонимического ряда могут иметь различную сочетаемость, например, в нашем материале лениться синонимичен лентяйничать, но лениться может употребляться в сочетании с инфинитивом (лениться писать, лениться вернуть), а лентяйничать употребляется без дополнения. 
Более того, структурный подход сложен и предназначен для учёных-филологов (Белов, 2018: 98), по словам Ю.Д. Апресяна, в лингводидактике лучше изучать синонимы, опираясь на сигнификативный критерий (Апресян, 2009: 201).
Для того чтобы определить синонимические отношения между лексическими единицами, учитывается также прагматический подход. Данный подход был разработан в трудах таких лингвистов, как С. Ульман, Дж. Лайонс, А.К. Жолковский, И.А. Мельчук, а также Ю.Д. Апресян. Основой прагматического подхода является проверка синонимичности лексем в конкретном контексте. Так, «слова, способные в том же контексте или в контекстах, близких по смыслу, заменять друг друга без ощущения заметного различия по смыслу, носят названия синонимов» (Булаховский, 1953: 39). 
Критика данного подхода вызвана тем, что в русской речи достаточно активно употребляются устойчивые словосочетания, фразеологизмы, приводящие к сложности при ограничении синонимического ряда. «Абсолютная свобода заменимости (при тождественном логическом содержании) уменьшается по мере того, как мы все более и более приближаемся к тому типу словосочетаний, которые называются устойчивыми. Абсолютной свободы словосочетаний вообще не существует, но есть разные её градации: от относительно большой до предельно тесной» (Лебедева, 1999: 68-73). Например, в нашем материале глагол бездельничать и идиома бить баклуши в контексте абсолютно синонимичны, однако в лингвистическом ракурсе проблема синонимических отношений слов и фразеологических единиц до настоящего момента не решена. Дело в том, что отнесённость фразеологизма к лексической единице и определение статуса фразеологии в системе языка остаются дискуссионными. Одни учёные выделяют фразеологию как уровень языка (В.Л. Архангельский, А.В. Кунин и др.), другие считают фразеологизмы заменителями слов, даже «языковыми излишками» (М.В. Никитин), а третьи определяют фразеологизмы как промежуточные языковые единицы, образующие промежуточный уровень в системе языка (В.И. Кодухов) (Жуков, 2006: 22). В данной работе речь идёт о лексических синонимах, поэтому наше внимание уделяется второй концепции. И согласно мнению Ю.Ю Авалиани и Л.И. Ройзензона, «лексическая и фразеологическая синонимии как близкие, но не совпадающие явления, должны быть самостоятельными объектами лингвистического анализа» (Авалиани, Ройзензон, 1967: 173). 
Следует также отметить, что в современной лингвистике при помощи данных национальных корпусов контекст оказывается продуктивным способом выяснения оттенка значения единиц одного и того же синонимического ряда. 
В связи с тем, что языковое сознание антропоцентрично, в лингвистике также развивается психолингвистический подход к изучению синонимов. В основе данного подхода лежит тезис о том, что синонимы – это лексемы, близкие в лексиконе носителей языка. Представители психолингвистического подхода (А.А. Залевская, И.А. Стернин, А.С. Штерн, А.А. Шумилова и другие) часто проводят ассоциативные эксперименты, где информантами являются носители языка. В отличие от чисто лингвистических подходов, в рамках данного подхода «примерами психологических синонимов могут стать гиперонимы и гипонимы, которые традиционно не рассматривались как синонимы» (Белов, 2018: 99).
Психолингвистический подход, на наш взгляд, позволяет расширить границу синонимического ряда, но одновременно вызывает трудности в систематизации входящих единиц, ибо лексикон носителей языка включает большое количество единиц, не зафиксированное лексикографическими источниками, отличается индивидуальностью. Как отмечает Ю.Н. Караулов, «полное описание языковой личности в целях её анализа или синтеза предполагает: а) характеристику семантико-строевого уровня её организации (то есть либо исчерпывающее его описание, либо дифференциальное, фиксирующее лишь индивидуальные отличия и осуществляемое на фоне усреднённого представления данного языкового строя); б) реконструкцию языковой модели мира, или тезауруса данной личности (на основе произведённых ею текстов или на основе специального тестирования); в) выявление её жизненных или ситуативных доминант, установок, мотивов, находящих отражение в процессах порождения текстов и их содержании, а также в особенностях восприятия чужих текстов» (Караулов, 2010: 43). В рамках данной работы мы будем учитывать лишь те глаголы, приведённые информантами в ходе нашего опроса, которые относятся к русскому литературному языку, т.к. презентация синонимов в иностранной аудитории предполагает их минимизацию по определенным критериям. Одним из таких критериев является соответствие глаголов литературной норме. 
Таким образом, вышеуказанные подходы представляют различные точки зрения на проблему изучения синонимов. Они дополняют друг друга и доказывают, что синонимы – сложная категория, что не существует единственного критерия отнесения лексем к синонимическому ряду. В данном исследовании нам близко мнение сторонников сигнификативного подхода, и мы понимаем синонимы как слова, которые обладают тождеством или близостью семантики, выражают одно и то же понятие, имеют сходную сочетаемость, принадлежат к одной части речи, но при этом различаются оттенками значения и/или стилистической принадлежностью. 
1.3.2. Виды синонимов
В российской лингвистике существует три основных подхода к выделению разновидностей синонимических единиц. Данные подходы рассматриваются в работах Д.Э. Розенталя, В.А. Белошапковой, Д.Н. Шмелёва и других. Так, синонимы могут быть сгруппированы на основе семантической и/или стилистической дифференциации между ними, или по словообразовательным принципам, или в зависимости от отнесенности к языковым или речевым явлениям. 
Классификация на основе первого подхода, как отмечает Д.Н. Шмелёв, является наиболее признанной, поскольку по существу она «соответствует наиболее распространённому пониманию синонимов» и «соотносит одно из центральных явлений лексики <…> с явлениями, свойственными языку в целом» (Шмелёв, 1977: 196-197). В рамках данного подхода синонимические единицы разделяют на следующие подгруппы:
1.	«Точные синонимы» (Ю.Д. Апресян) или «абсолютные синонимы» (Р.А. Будагов) или «стопроцентные синонимы» (А.А. Реформатский). Точные синонимы трактуют как лексемы, абсолютно тождественные по значению. Традиционно в языкознании данные единицы также носят название «лексические дублеты», например, окончание – флексия, чередование ‒ альтернация. Можно отметить, что в предлагаемых примерах слово, абсолютно синонимичное с другим, часто заимствовано из других языков. Исключением могут быть языкознание – языковедение. 
Итак, возникновение большинства пар точных синонимов в русском языке может объясняться «контактом с другими языками» (Лагутина, 1967: 122). Этот факт приводит к дискуссии между российскими языковедами о том, не целесообразно ли точные синонимы «вывести за пределы синонимии» (Лагутина, 1967: 121). А.Б. Шапиро называет такое явление «нетипичным», «чуждым» (Шапиро, 1955: 72). А Л.А. Булаховский и Т.А. Дегтярева справедливо отмечают, что абсолютные синонимы активно употребляются в речи, поэтому в своих работах эти исследователи не только признают наличие точных синонимов, но и делают попытки полного описания данного явления (Булаховский, 1954: 38; Дегтярева, 1953: 23-26).
В книге «Синонимы в литературном языке» А.А. Брагина отдельный раздел посвящает проблеме «Чужие слова (заимствования и экзотизмы) в синонимическом ряду». Лингвист утверждает, что при изучении синонимов проблема «чужое – своё» «имеет большое значение в семантико-стилистическом плане», и русский вариант поясняет инородный вариант, иначе, слово толкуется через слово (См. подробнее: Брагина, 1986: 44-49). 
Однако в современном русском языке появляется значительное число недавно заимствованных слов, которые активно заменяют русские эквиваленты в речи, особенно, в молодёжной, например, плиз вместо пожалуйста; релакс! вместо не беспокойся! Если приведённые примеры рассматривать как пары точных синонимов, то, на наш взгляд, требуется введение дополнительного критерия: слово иностранного языка, выступающее в качестве абсолютного синонима к существующему русскому слову, не должно быть недавним заимствованием, оно должно адаптироваться к законам русского языка.
Неточные синонимы или неполные синонимы, или «квазисинонимы» (по терминологии Ю.Д. Апресяна) представляют собой лексемы, часть семантики которых совпадает. А.А. Брагина справедливо, на наш взгляд, отмечает, что «само тождество синонимических значений предполагает и различие между ними». Отсюда определяются две основные функции синонимов: дифференциация и тождество (Брагина, 1986: 23). На основе дифференциальных признаков неполные синонимы разделяются на:
•	семантические (или идеографические): в нашем материале – бездельничать – лениться; хитрить – лукавить. В данной подгруппе одна синонимическая единица отличается от другой оттенками значения;
•	стилевые: в нашем материале – бездельничать – балбесничать, хитрить – финтить. Входящие в синонимический ряд единицы различаются на основе стилистических особенностей;
•	семантико-стилистические: в нашем материале – бездельничать – сибаритствовать, хитрить – химичить. Лексемы данной подгруппы отличаются и семантическими, и стилистическими признаками (Розенталь, 1991: 51-54).
В отличие от рассмотренной классификации второй подход позволяет разграничить синонимы по их структуре. Сторонники данной теории исходят из того, что «основным вопросом при рассмотрении синонимов, которому посвящаются многочисленные статьи, начиная с конца XVIII века, является вопрос о возможности, о допустимости наличия в языке двух (и более) слов для обозначения одного и того же понятия» (Словарь А.П. Евгеньевой, т.1, 8). Далее утверждается, что «тождественных по значению, («однозначащих») слов в языке быть не может» (там же). Основной тезис данной концепции заключается в том, что синонимами являются лишь «подобозначащие» лексемы (там же). В связи с этим, второй подход к группировке синонимов строится на основе морфологической природы русского языка, выделяются разнокорневые синонимы: лодырничать – лентяйничать – бездельничать; хитрить – финтить – крутить; и однокорневые: ловчила – ловкач, лениться – лентяйничать (Белошапкова, 1989: 217).
В связи с тем, что объектом нашего исследования являются глагольные синонимы, следует упомянуть аффиксальный способ при образовании новых слов, который также ограничивает синонимический ряд. «Наличие в слове различных суффиксов и приставок, хотя и близких или совпадающих в значении, ведёт обычно к появлению новых слов» (Рогожникова, 1967: 153). Так, известно, что приставка может добавлять оттеночное значение в некоторых случаях, например, хитрить – перехитрить. Однако в анализируемой классификации такая особенность не описывается отдельно, поэтому, с нашей точки зрения, необходимо обратить внимание на периферийный характер аффиксальной синонимии, например, в следующем ряду: догадаться – угадать – разгадать. 
Помимо указанных выше подходов синонимические единицы могут разделяться на языковые и контекстуальные. Языковые синонимы – синонимические единицы, зафиксированные в словарях синонимов. Контекстуальные (или окказиональные, или индивидуально-авторские) синонимы порождаются лишь в контексте. Согласно мнению Д.Н. Шмелёва, понимание контекстно сближаемых слов как синонимов может быть найдено «в ряде работ, анализирующих язык и стиль произведений художественной литературы», и эти единицы иногда «обозначаются как «стилистические синонимы», «контекстные синонимы», «ситуативные синонимы»» (Шмелёв, 1977: 201). Например, в материале нашего исследования: Скрипнула дверь, вошла мама. – Ты долго ещё будешь бездельничать? Уже пять часов, а ты ещё не садилась за уроки! Сколько можно играть? (Ирина Пивоварова. Превращение фарфоровой свинки (1986)) [НКРЯ]. В данном примере глагол играть синонимичен к глаголу бездельничать, поскольку, по мнению говорящего, оба они обозначают тот факт, что адресат сообщения занимается в данное время не тем, чем ему следовало бы заниматься, с точки зрения адресанта. 
В рамках нашей работы мы принимаем первый подход к классификации синонимов, поскольку он позволяет показать разницу между синонимами одного ряда и в семантике, и в стилистической принадлежности, что важно при презентации синонимичных единиц в иностранной аудитории.
Перейдём к рассмотрению базового для нашей диссертации термина – «синонимический ряд».
1.3.3.	Понятие синонимического ряда и доминанты синонимического ряда
Лексика, будучи сложной системой, включает в себя различные группы единиц, организованные по тем или иным принципам. Как отмечалось выше, лексические единицы могут быть сгруппированы в лексико-семантическое поле, лексико-тематическую группу, лексико-семантическую группу и, в том числе, синонимический ряд. Синонимический ряд представляет собой особую микросистему, где элементы объединяются определённой связью. Так, отношения между лексическими единицами могут быть общими, например, грамматическая связь между единицами одной части речи; или частными, например, в одном синонимическом ряду (Палевская, 1967: 94). По концепции Ю.Д. Апресяна, синонимический ряд «представляет собой исторически сложившуюся синхроническую группировку слов (выражений), которая носит системный характер» (Апресян, 1957: 85). 
Следует отметить, что синонимический ряд рассматривается лишь в синхроническом плане, т.е. в синонимический ряд входят только единицы, употребляемые в современном русском языке, ибо постоянно происходит «появление новых семантических контекстов в связи со смещением понятийной и предметной соотнесённости слова, перераспределение значений слов в связи с изменением значений слов параллельных или близких по значению» (Серебренников, 1970: 281). 
Тем не менее, А.А. Брагина, с одной стороны, считает данное свойство  синонимического ряда бесспорным, с другой стороны, отмечает, что «синонимический ряд соединяют с прошлым архаизмы, функционирующие в высоком стиле и бытующие в классической литературе, <…> синонимизирующиеся новые слова и новые оттенки значений старых слов «держат открытой его границу» для будущих языковых движений» (Брагина, 1986: 65). Пример данного процесса обнаруживается в исследуемом нами синонимическом ряду: так, по данным анкетирования, глагол шалберничать вышел из употребления, в МАС читаем: «шалберничать – (устар. и обл.) бездельничать, повесничать» (МАС, т.4, 698). В НКРЯ удалось обнаружить лишь 7 контекстов использования этого глагола, все из художественных произведений XIX века, например, Держи карман! Привык человек шалберничать, так до конца жизни, хоть ты его расказни, ― он пальцем о палец не ударит! Нет, верно, у него на уме что-нибудь другое… ужасное! Вон, сказывают, одному такому же втемяшилось в голову, что ежели раб своего господина убьёт, так все грехи с него снимутся… и убил! (М.Е. Салтыков-Щедрин. Пошехонская старина. Житие Никанора Затрапезного, пошехонского дворянина (1887-1889) – [НКРЯ]. Следовательно, в рамках нашего исследования глагол шалберничать не будет включён в синонимический ряд русских глаголов с доминантой бездельничать.
Будучи незамкнутой системой, синонимический ряд позволяет устаревшим лексемам уходить из ряда, а новым лексемам входить в ряд, а также становиться элементами иных синонимических рядов. Б.А. Серебренников поясняет это так: «Отдельные звенья этой микросистемы в семантическом плане могут соприкасаться с отдельными звеньями других микросистем. Но эти связи будут связями частичного характера» (Серебренников, 1970: 281).
Не являясь исключением, глагольные синонимы могут принадлежать к различным группировкам. Это объясняется, во-первых, переходностью, во-вторых, разной степенью обобщённости слов и, в-третьих, многозначностью (Уфимцева, 1967: 35). Для иллюстрации данного положения остановимся на глаголе крутить, входящем в исследуемый нами синонимический ряд русских глаголов с доминантой хитрить. В «Толковом словаре русского языка с включением сведений о происхождении слов» под ред. Н.Ю. Шведовой семантический объём слова крутить определен следующим образом: 1. кого-что. Вертеть, вращать кругообразно; 2. что. Вертя, изготовлять, свивать что-н., скручивать; 3. кого-что. Стягивать, связывать; 4. Быть неискренним, уклоняться от прямого ответа, обманывать, петлять (разг.); 5. с кем. Иметь любовные отношения (часто со словами "любовь", "роман") (прост.); 6. кем. То же, что вертеть (в 3 знач.) (разг.); 7. что. О денежных средствах: пускать в оборот (разг.) (Шведова, 2008: 384). Исходя из приведённой словарной статьи, можно сделать вывод о том, что глагол крутить в каждом из своих лексико-семантических вариантов может входить в 6 синонимических рядов. 
Говоря о структуре синонимического ряда, следует отметить, что внутри него выделяется доминанта, которая, по словам В.Н. Клюевой, является «лейтмотивом для всего ряда и определяет его основной характер» (Клюева, 1961: 6). Доминанта (стержневое, опорное слово) – слово, традиционно определяющееся по следующим объективным критериям: стилистическая нейтральность, употребительность и широкая сочетаемость. В.А. Сиротина добавляет ещё один критерий: лишённость дополнительных эмоционально-экспрессивных оттенков (Сиротина, 1960: 29). 
Среди ключевых проблем в изучении синонимов выделение доминанты синонимического ряда привлекает особое и неоднозначное внимание лингвистов. Так, в лингвистической литературе есть мнение о трудности, даже невозможности выделения доминанты, например, мнение М.Ф. Палевской: «в синонимическом ряде нелегко, а иногда и невозможно выделить слово, наиболее чётко передающее значение всех слов». Далее автор приводит следующий пример: «почему в качестве доминанты синонимического ряда мокрый – влажный – сырой – промозглый – волглый объявляется слово с наивысшей степенью данного признака – мокрый? (Палевская, 1967: 102-103). Тем не менее, большинство языковедов поддерживают точку зрения о существовании доминанты, «поскольку в когнитивном осмыслении действительности существует понятийный прототип предмета или явления действительности, который в нашем сознании «будет оценён как лучший образец своего класса или более прототипический экземпляр, чем все остальные» (Краткий словарь когнитивных терминов)» (Денисов, 2013: 170). В нашем исследовательском материале доминантами являются глаголы бездельничать и хитрить. Они стилистически нейтральны, широкоупотребительны по данным НКРЯ, а также обладают широкими синтагматическими связями (см. подробнее во второй главе исследования). 
Согласно наблюдениям В.Д. Черняк, синонимические ряды различаются между собой по составу – от двучленных (в большинстве случаев представляющих собой дублеты, например, припев — рефрен) до протяжённых рядов (например, синонимический ряд с доминантой обмануть – 29 членов) (Черняк, 2010: 8). Исследуемые нами синонимические ряды являются многочленными. Говоря о иерархии такого типа синонимического ряда, В.К. Фаворин использует термин «амплитуда синонимов», т.е. «такой ряд синонимов, внутри которого соседние члены наиболее близки по значению, а слова, удалённые от исходного слова, тем больше отклоняются от него по смыслу, чем дальше они отстоят…Крайние представители амплитуды наименее синонимичны друг другу» (Фаворин, 1953: 16). В нашем материале такими крайними представителями амплитуды являются, например, бездельничать и барствовать. 
В аспекте РКИ синонимический ряд является релевантным объектом обучения. Он позволяет представить новую лексику, учитывая её семантические, стилистические, семантико-стилистические признаки. Причём, будучи ведущим компонентом, доминанта обусловливает объяснение слова через слово, параллельно расширяя словарный запас учащихся. Синонимический ряд также закрепляет изученную лексику путём ее систематизации, позволяет показать сходство и различия синтагматических связей синонимов через анализ контекстов их употребления.
Таким образом, синонимический ряд ‒ совокупность единиц со схожей семантикой, системно связанных друг с другом. Внутри одного синонимического ряда обычно выделяется доминанта ‒ стилистически нейтральное слово, наиболее частотное и имеющее наиболее общее значение. Доминанта в словарной статье присутствует как заглавное слово. В многочленных синонимических рядах в словарях единицы расположены по степени семантической близости к доминанте. Попытка систематизации данных лексических микросистем была сделана лингвистами в словарях синонимов, где приводится описание специфики разных синонимических рядов. 
1.4.	Словари синонимов русского языка 
Словари синонимов представляют собой лексикографические источники, в которых описываются входящие в один ряд слова, тождественные или близкие по лексическому значению. 
Первые словари синонимов русского языка появились в XVIII веке. В 1783 году в журнале «Собеседник Любителей Российского Слова» (ч. I, IV, X) был опубликован «Опыт российского сословника» Д.И. Фонвизина (он включал 32 группы синонимов, расположенных без соблюдения алфавита заглавных слов). В 1818 г. была напечатана первая часть книги П.Ф. Калайдовича «Опыт словаря русских синонимов» (77 групп синонимов), а в 1840 г. – первая часть книги «Словарь русских синоним или сословов, составленный редакцией нравственных сочинений» (под ред. А.И. Галича, словарь содержит 226 словарных статей, толкование значений входящих в синонимические ряды слов, этимологические и стилистические пометы (http://gramota.ru/slovari/types/17_13).
В ХХ веке синонимические словари подразделяются на следующие виды: объяснительные, учебные и словари-справочники. В качестве учебных словарей вышли в свет «Учебный словарь синонимов русского литературного языка» В.Д. Павлова-Шишкина и П.А. Стефановского (М., 1930; 2-е изд. М., 1931); «Учебный словарь синонимов русского языка», в котором около 2800 синонимических рядов (сост. В.И. Зимин, Л.П. Алекторова, О.М. Ким, Н.П. Колесников, В.Н. Шанский. М., 1994). В 1956 году был выпущен «Краткий словарь синонимов русского языка» (около 1500 слов) В.Н. Клюевой, адресованный учителям и школьникам. В словарной статье представляются доминанты, синонимичные им слова, есть лаконичная объяснительная часть, выявляющая общие и дифференциальные черты элементов ряда (в том числе и эмоционально-экспрессивные оттенки), и примеры их употребления. Словарь также может быть использован при обучении русскому языку как иностранному в связи с доступностью метаязыка и обозначением частотности входящих в него лексических единиц. Рассмотрим фрагмент словарной статьи: Хитрить – лукавить – лукавствовать – лицемерить.
«Эти слова объединяются значением – говорить или делать одно, имея в виду другое, скрывая правду. Хитрить – изворачиваться, идти к достижению чего-нибудь не прямым путём. Лукавить и устаревшее слово лукавствовать – хитрить с каким-нибудь злым умыслом. Лицемерить – притворяться добродетельным и чистосердечным, надевать маску добродетели» (Клюева, 1956: 237). 
Первым словарём, в котором была предпринята попытка полного описания синонимов современного русского языка, является двухтомный объяснительный «Словарь синонимов русского языка», составленный под руководством А.П. Евгеньевой (1970-1971). В словник включено 4 тысячи синонимических рядов. Приводятся семантическая и эмоционально-экспрессивная характеристика, функциональные особенности, которыми отличаются синонимы. Заканчивается словарная статья примерами-иллюстрациями из классической литературы. В подвальной зоне содержится справочная информация: указание на редкие или вышедшие из употребления синонимы, антонимы, ссылки на похожие по смыслу синонимические ряды. В данном словаре при представлении синонимических рядов русских глаголов даются также формы СВ глаголов. Например: в конце синонимического ряда с доминантой хитрить указаны глаголы схитрить, слукавить, смудрить с пометой «Сов.».
В 1996 году был опубликован «Русский синонимический словарь» К.С. Горбачевича. В отличие от предыдущего словаря, в состав словника данного лексикографического источника входят современные лексические единицы, включая заимствования. Ко всем словам синонимического ряда приводятся толкование, грамматическая характеристика, стилистические пометы и сочетаемость синонимов с другими словами. Над некоторыми единицами ряда проставлено ударение. Употребление слов иллюстрируется цитатами из художественных произведений. Также в словарь вводится гнездование: перечисляются производные и деривационно-родственные лексемы.
В 1997 г. в Институте русского языка им. В.В. Виноградова РАН под руководством Ю.Д. Апресяна был создан «Новый объяснительный словарь синонимов русского языка». В словаре максимально полно описаны семантические, референциальные, прагматические, коннотативные, коммуникативные, синтаксические, сочетаемостные, морфологические и просодические сходства и различия между синонимами, а также условия, при которых эти различия нейтрализуются, полностью или частично. В обширных справочных зонах представляются фразеологические синонимы, точные и неточные антонимы и дериваты к элементам данного синонимического ряда. В некоторых случаях также указываются специальные лингвистические работы, посвящённые одной или нескольким единицам, входящим в данный ряд. Данный словарь адресован филологам и представителям профессий, у которых русский язык является объектом или орудием работы (Апресян, 2003: 2). 
В качестве словаря-справочника (или словаря-индекса) можно рассматривать «Словарь синонимов русского языка» З.Е. Александровой, изданный в 1968 году. В данном словаре описываются синонимы без их толкований и иллюстраций. В словник входит 9 тысяч общеупотребительных лексических единиц, далее приводятся стилистические особенности синонимичных слов. Словарь обращён в первую очередь к писателям, журналистам и переводчикам.
В работе будут использоваться первые два вида лексикографических источников, поскольку они помимо перечисления единиц ряда предлагают читателям и их толкование. Тем не менее, отметим, что среди учебных словарей синонимов русского языка не существует словаря для иностранных учащихся. 
1.5.	Аспекты изучения русских глаголов поведения в научной литературе
Изучению русского глагола посвящено достаточно много трудов российских учёных. Морфологические свойства русского глагола рассматриваются в работах таких исследователей, как, например, Л.Л. Буланин (1967), А.В. Бондарко (1971), С.И. Богданов (2009) и др., среди трудов по семантике русского глагола следует отметить такие исследования, как Ю.Д. Апресян (1967), Л.М. Васильев (1976, 1981); А.В. Косов (1988), Э.В. Кузнецова (1989), Ф.С. Бацевич (1992), Н.Ю. Шведова (1995) и др. В рамках функциональной грамматики глагол изучался в работах Т.В. Булыгиной (1980), А.В. Бондарко (1984), Л.И. Богдановой (2001) и др. Отдельно можно выделить исследования, посвящённые русским глаголам поведения, проанализированным в различных аспектах и с различных точек зрения (Р.М. Гайсина 1973, Л.М. Васильев 1976, И.Г. Галенко 1982, О.П. Жданова 1985, 1986, 1987).
В культурологическом понимании поведение трактуется как «реакция человека на восприятие окружающего мира, которая культурно обусловлена» (Садохин, 2005: 194). А в толковых словарях поведение определяется как «образ жизни и действий, совокупность поступков и действий по отношению к окружающим» (см. подробнее словари Шведовой, Кузнецова, БАС, МАС). 
С содержательной стороны, глаголы поведения понимаются неоднозначно. А.М. Айдарова и Т.В. Мазаева отмечают, что, по мнению одних языковедов (Э.В. Кузнецова 1988), данная ЛСГ должна входить в состав подполя «Социальное состояние» внутри поля «Состояние». Другие исследователи (Л.Г. Бабенко 2008) считают, что глаголы поведения относятся к подполю «Социальная деятельность» внутри поля «Действие и деятельность». А третьи, например, Р.К. Иштанова, предлагают рассматривать данную ЛСГ отдельно, поскольку поведение характеризуется динамикой, а не является статическим состоянием (Иштанова, 2002) (Айдарова, 2015: 212). В рамках данного исследования мы присоединяемся к концепции Л.Г. Бабенко, поскольку в основе семантики глаголов поведения из нашего материала лежит ядерная сема ‘действовать каким-н. образом’.
При изучении глаголов поведения проблема классификации исследуемых единиц оказывается трудной, ибо «рассмотренные подклассы находятся в очень сложных семантических связях друг с другом <...>, отражая тем самым сложные отношения между различными типами поведения» (Васильев, 1981: 68). Так, в словаре-справочнике «Лексико-семантические группы глаголов» глаголы поведения делятся на: глаголы неестественного, самовольного, неискреннего, несерьёзного поведения и т.д. (словарь Кузнецовой, 1988: 75-78). В своём исследовании Л.М. Васильев предлагает группировать исследуемые единицы в противопоставленные пары: глаголы честного/нечестного, искреннего/неискреннего, послушного/ непослушного; скромного/ нескромного поведения и т. п. (Васильев, 1981: 56-68). 
О.П. Жданова представляет другой подход к классификации глаголов поведения – по признаку объекта оценки: 1) поведение, обусловленное отношением к самому себе (высокомерничать, жадничать); 2) поведение, обусловленное отношением к другому человеку (выслуживаться, лицемерить); 3) поведение, обусловленное отношением к делу (мошенничать, плутовать, упрямиться) (Жданова, 1985: 51). А Ю.Д. Апресян разделяет их в зависимости от типов норм в наивной этике: 1) нормы личного поведения (естественное и разумное): жеманиться, кривляться, манерничать и др.; 2) нормы поведения с партнёром (кооперативное): артачиться, капризничать, ломаться и др.; 3) нормы общественного поведения (цивилизованное): безобразничать, скандалить, хулиганить и др. (Апресян, 2006: 152-153).
Изучаемый нами синонимический ряд с доминантой бездельничать относится к поведению, обусловленному отношением к делу (по классификации О.П. Ждановой) и является обозначением норм общественного поведения (по Ю.Д. Апресяну). А синонимический ряд глаголов с доминантой хитрить обозначает поведение, обусловленное отношением к другому человеку (по О.П. Ждановой) и обозначает нормы поведения с партнёром (по Ю.Д. Апресяну).
В последние годы русские глаголы поведения являются объектом изучения в различных аспектах. Например, в статье «Глаголы поведения как объект изучения в разноструктурных языках» внимание А.М. Айдаровой и Т.В. Мазаевой уделяется структуре глаголов поведения. Отмечается, что в большинстве случаев глаголы поведения образуются суффиксальным способом (-ить, -иться, -ствовать / -овать, -ничать / -ичать), а также с помощью постфикса -ся, реже суффиксов -вать, -ировать, -изовать, -овать / -евать, -изировать, -еть, -ать; «подавляющее число глаголов поведения мотивируется названиями лиц (холопствовать, бездельничать и т.п.), в отдельных случаях глаголы мотивированы названиями животных (обезьянничать, петушиться)» (Айдарова, Мазаева, 2015).
В кандидатской диссертации О.М. Исаченко (2000) «Функционально-семантический класс глаголов поведения (системно-семантический, функциональный и лингвокультурологический аспекты)» русские глаголы поведения были «описаны как функционально-семантический класс». Данные единицы «рассмотрены в функциональном аспекте: выявлены контекстные условия реализации семантики «поведение» системного и рече-текстового уровней, определены синтаксические модели и коммуникативно-речевые жанры, актуализирующие такую семантику». А также глаголы были исследованы в антропоцентрическом и лингвокультурологическом аспектах. «Выделен концепт «поведение» как один из фрагментов языковой картины мира русского человека, на его основе выявлены национально-культурные особенности, связанные с представлениями об эталонном поведении» (Исаченко, 2000: 4).
Русские глаголы поведения также изучаются в лингвокогнитивном аспекте. В диссертации «Фреймовый анализ русских глаголов поведения (на материале ассоциативных реакций)» Е.В. Старостина сделала попытку описания ассоциативного поля «Поведение» как фрагмента языкового сознания человека, ввела в научный оборот новый ассоциативный материал и построение фреймов, описывающих различные типы обсуждаемого в работе поведения (Старотина, 2004: 3-4). Статья «Когнитивный сценарий глаголов поведения (на материале русского языка)» А.М. Плотниковой интересна тем положением, что «когнитивный анализ лексико-семантической группы глаголов поведения предполагает выявление и интерпретацию основных сценариев поведения человека, определение специфики их репрезентации в глагольной лексике русского языка» (Плотникова, 2009: 49). 
В сопоставительном аспекте русские глаголы поведения рассматриваются, например, в диссертации «Глаголы поведения в русском, татарском, английском языках» А.М. Айдаровой. В рамках исследования автор выявил структурно-семантические особенности глаголов поведения в трёх разноструктурных языках (русском, татарском, английском), а также их межъязыковые соответствия (Айдарова, 2016: 7).
Таким образом, русские глаголы поведения, безусловно, представляются достаточно сложными для изучения. Они были исследованы в семантическом, словообразовательном, лингвокогнитивном, лексикографическом, функционально-семантическом аспектах, а также сопоставлены с эквивалентами в других языках. В нашей работе функционально-семантический аспект является ведущим, поскольку цель работы заключается в выявлении особенностей семантики и функционирования глаголов синонимических рядов с доминантами бездельничать и хитрить в современном русском языке для их дальнейшей презентации во вьетнамской аудитории. Выбранные для детального исследования синонимические ряды до настоящего времени не являлись объектом изучения.

1.6.	Проблемы изучения синонимов на фоне вьетнамского языка
Синонимия является универсальным общеязыковым явлением. «Лексические синонимы – одна из наиболее хорошо изученных семантических категорий» (Апресян, 1995: 216). Хотя в лингводидактике, в том числе, в обучении РКИ, внимание уделяется всем аспектам языка, обучение умению употребления синонимов требует дальнейшей разработки. До сих пор не существует учебного словаря синонимов русского языка, учебника, учебного пособия по синонимам, адресованных иностранным, в частности, вьетнамским учащимся. 
Лингвометодических работ, ориентированных на вьетнамскую аудиторию, мало. Большинство существующих работ представляет собой лексикографические источники. В этом ряду можно отметить «Краткий учебный русско-вьетнамский словарь» И.А. Мальхановой, опубликованный в Москве в 1974 году; «Русско-вьетнамский учебный словарь» (около 5000 слов) И.Е. Алёшиной (1988); двухтомный «Русско-вьетнамский словарь» (около 43000 слов) К.М. Аликанова, В.В. Иванова, И.А. Мальхановой (1987). 
В 1963 году в Москве вышла в свет книга «Рассказы советских писателей: для лиц, говорящих на вьетнамском языке. В качестве учебника по русскому языку в 1960 был опубликован «Учебник русского языка для студентов-вьетнамцев» Е.Г. Баш, Л.Л. Бабаловой, Т.М. Дорофеевой и др., предназначенный для студентов первого года обучения. Одной из последних работ может служить статья «Парадигматика и синтагматика соответствий звуку [š’:] при овладении русским языком вьетнамцами и китайцами» (2017) Н.А. Любимовой и И.С. Первушиной, посвящённая фонетическим соответствиям русскому звуку [š’:] в произнесении вьетнамцев и китайцев при имитации и чтении вслух. До настоящего момента не существует учебного пособия, учебника по лексикологии русского языка, в частности, по синонимии, для вьетнамских студентов. 
Говоря о проблеме теоретического изучения лексикологии вьетнамского языка в целом, и синонимии вьетнамского языка, в частности, следует отметить, что до сих пор они также не служили объектом изучения в языкознании. 
Таким образом, назрела необходимость восполнения отсутствия работ в данном направлении. В рамках своего исследования на отобранном материале мы постараемся уточнить представление о синонимическом ряде на фоне вьетнамского языка, предложить лингвометодические рекомендации при работе с данным словарным объединением во вьетнамской аудитории. 

Выводы

Проанализированные теоретические работы по исследуемой теме позволяют нам сделать следующие выводы. 
Будучи сложной по структуре и по семантике частью речи, глагол содержит значительное количество грамматических категорий и синтагматических свойств, что позволяет представить его как ведущий компонент в семантическом плане предложения. Данные особенности обусловлены тесным взаимоотношением лексико-семантических свойств и грамматических категорий глагола. 
Наряду с другими уровнями языка, лексика представляет собой многоуровневую систему. Являясь членами разных группировок, лексические единицы объединяются по парадигматическим, синтагматическим, деривационным отношениям. В аспекте русского языка как иностранного лексико-семантическая группа считается наиболее эффективным способом для представления русской лексики в иностранной аудитории благодаря чёткой структуре и системности. 
Лексико-семантическая группа, в свою очередь, может включать более мелкие словарные объединения, такие, как интересующие нас в данном исследовании синонимические ряды, в которые объединяются единицы одной части речи, близкие по значению, которые могут заменять друг друга в определённом контексте. 
В российской лингвистике сосуществуют различные подходы к изучению синонимов, рассматривающие изучаемые единицы со структурной, содержательной, прагматической и когнитивной сторон. В рамках данного исследования мы придерживаемся точки зрения представителей сигнификативного подхода, которые обращают внимание на семантику синонимов, а также их стилистические, оценочные особенности, одновременно соглашаясь со сторонниками прагматического подхода в том, что контексты употребления синонимов, безусловно, важны, так как с их помощью можно выявить различия между синонимами. В работе также принимается тезис представителей структурного подхода о том, что синонимы должны принадлежать к одной и той же части речи. 
Являясь сложным объектом изучения, синонимы позволяют выделять их на основе различных критериев. Одни исследователи определяют синонимы как лексемы, тождественные или близкие по значению, подразделяют их на точные и неточные. Другие придерживаются противоположного взгляда и полагают, что абсолютно семантически тождественных слов не существует. Синонимы при таком подходе объединяются в семантические, стилистические и семантико-стилистические подгруппы. Третьи предлагают рассматривать синонимы как языковое, так и речевое явление, на основании этого выделяются языковые и контекстуальные синонимы. В своём исследовании мы принимаем точку зрения лингвистов, признающих наличие точных и неточных синонимов в языке. 
В соответствии с предлагаемыми в научной литературе характеристиками синонимического ряда исследуемые нами синонимические ряды являются многочленными, глаголы бездельничать и хитрить выделяются как доминанты рассматриваемых рядов. Опираясь на общее значение ряда, заложенное в семантике доминант, в исследовательской части работы будет предпринята попытка описания синонимических отношений между членами данных рядов. Будучи одним из результативных способов презентации лексики в обучении русскому языку как иностранному, синонимический ряд не только позволяет толковать одно слово через другое, расширяет словарный запас учащихся, закрепляет изученную лексику, но и позволяет понять тонкие семантические различия между синонимами, особенности их употребления. 
Синонимы впервые были описаны в словарях в XVIII веке. ХХ век является ключевым периодом в изучении синонимов, наряду со значительным числом научных работ, посвящённых проблеме синонимии, вышел в свет ряд учебных, объяснительных словарей синонимов и словарей-справочников. Несмотря на это среди словарей синонимов не существует учебного словаря, адресованного иностранным учащимся, в частности, вьетнамцам. В данной работе в качестве основных лексикографических источников используются объяснительные словари синонимов русского языка. 
Русские глаголы поведения активно исследуются в семантическом, словообразовательном, лингвокогнитивном, лексикографическом, функционально-семантическом аспектах, а также сопоставляются с аналогичными единицами в других языках. В рамках нашей работы главным направлением изучения русских синонимичных глаголов поведения является функционально-семантическое. 
Несмотря на значительное количество научных работ, посвящённых русским глагольным лексемам со значением «поведения», данные единицы нельзя признать всесторонне изученными, особенно при обучении лексике в иностранной аудитории, в частности, во вьетнамской. Лексикология вьетнамского языка не привлекает на настоящий момент должного внимания учёных-филологов. Своим исследованием мы предпринимаем попытку отчасти восполнить данный пробел. 
Теоретические положения данной главы служат базой для исследовательской части работы.

ГЛАВА 2. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ СИНОНИМИЧЕСКИХ РЯДОВ РУССКИХ ГЛАГОЛОВ С ДОМИНАНТАМИ БЕЗДЕЛЬНИЧАТЬ И ХИТРИТЬ
2.1.	Состав и общая характеристика материала. Методика исследования
Объектом исследования в магистерской диссертации являются 23 русских синонимичных глагола на фоне 11 глаголов вьетнамского языка. Русские глагольные синонимы объединены в два синонимических ряда с доминантами бездельничать (10 единиц) и хитрить (13 единиц).
Методика исследования в связи с поставленными в работе задачами включает несколько этапов.
На первом этапе определяется состав каждого синонимического ряда по данным словарей синонимов русского языка.
На втором этапе определяется структура синонимического ряда, выделяются звенья наиболее близких по семантике глаголов ряда. Для этого проводится детальный анализ значения всех глагольных синонимов по данным толковых словарей русского языка. 
Задача третьего этапа работы заключается в исследовании особенностей функционирования синонимов в материалах «Национального корпуса русского языка», отдельно рассматривается доминанта ряда, а затем исследуются глаголы в выделенных звеньях. Выявляются смысловые оттенки использования глаголов в различных типах дискурса, определяется их типичная сочетаемость и ситуации употребления.
На четвёртом этапе исследования используются данные, полученные в результате проведённого анкетирования носителей русского языка. Всего было опрошено 100 носителей русского языка в возрасте от 18 до 80 лет. Результаты анкетирования обобщаются, выявляется частотность каждого глагола в речи информантов, приводятся дефиниции синонимов, предложенные респондентами, отмеченные в анкетах ситуации использования каждой лексемы в речи, наиболее близкие, по мнению анкетируемых, синонимы к каждому глаголу.
Пятый этап – это рассмотрение русских синонимов на фоне их аналогов во вьетнамском языке.
В качестве итога анализа синонимического ряда делаются выводы лингвометодического характера.
Перейдём к подробному описанию каждого из изучаемых нами синонимических рядов.

2.2.	Синонимический ряд русских глаголов с доминантой бездельничать
Объектом изучения в данном разделе является синонимический ряд русских глаголов с доминантой бездельничать. Все члены данного синонимического ряда объединяются общим значением ‘ничего не делать, праздно проводить время’ и относятся к лексико-семантической группе глаголов поведения. 

2.1.1.	Состав и структура синонимического ряда русских глаголов с доминантой бездельничать 
По данным словарей синонимов современного русского языка (Александрова, 1969: 33; Евгеньева, 2003: т. 1, 45–46), интересующий нас синонимический ряд образуют следующие глаголы: бездельничать – лентяйничать – лениться – лодырничать – сибаритствовать – лоботрясничать – шалопайничать – балбесничать – баклушничать – барствовать – шалберничать.
Однако следует подчеркнуть, что в данном исследовании синонимический ряд рассматривается лишь в синхроническом плане, то есть в синонимический ряд входят только единицы, употребляемые в современном русском языке. По результатам проведённого нами опроса информантов мы отметили, что глагол шалберничать не употребляется в речи носителей современного русского языка. Анкетируемые ответили, что не знают и не употребляют данный глагол, поэтому мы не рассматриваем его в составе ряда. 
Изучаемый нами синонимический ряд состоит из 10 русских глаголов, среди которых доминантой является глагол бездельничать, поскольку в данном исследовании была принята традиционная точка зрения на доминанту как «слово общенародное, стилистически нейтральное и более употребительное именно в том значении, которое сближает слова как синонимы» (Кодухов, 1955: 9).
Глагол бездельничать, образованный от существительного бездельник, представляется наиболее частотным из рассматриваемых синонимов в НКРЯ – 425 вхождений в форме инфинитива и в иных грамматических формах. 99% испытуемых активно используют данный глагол в своей речи. 
Все толковые словари русского языка выделяют в качестве интегральной сему глагола-доминанты ‘ничего не делать’, только БАС включает в дефиницию глагола сему ‘вести праздный образ жизни’ (БАС, 2004: т. 1, 465). Словари не сопровождают этот глагол какими-либо стилистическими пометами, исключением является словарь под редакцией Н.Ю. Шведовой, в котором бездельничать относится к разговорному стилю речи (Шведова, 2008: 66).
Будучи многочленным, изучаемый синонимический ряд характеризуется «амплитудой синонимов» (термин В.К. Фаворина, уже упоминавшийся в 1 главе нашей работы), поэтому в структуре ряда можно выделить 3 звена синонимов, наиболее близких по значению, объединяемых общей семой: 
•	бездельничать – баклушничать – шалопайничать – балбесничать – лоботрясничать – ‘праздно проводить время, ничего не делать’; 
•	лодырничать – лентяйничать – лениться – ‘уклоняться от работы’;
•	сибаритствовать – барствовать – ‘праздно проводить время, живя в роскоши’.
Перейдём к детальному анализу семантики и особенностей употребления доминанты синонимического ряда – глагола бездельничать.

2.1.2.	Бездельничать
Глагол бездельничать активно употребляется в речи носителей русского языка, он маркирован, поскольку обозначает антиценность – «безделье», противопоставляемое важному для русского языкового сознания концепту «ДЕЛО». По данным «Словообразовательного словаря русского языка» А.Н. Тихонова, исследуемый глагол входит в большое словообразовательное гнездо в русском языке, включающее 343 слова: делать (и все приставочные глаголы, образованные от делать), дело, делатель, самодельный, безделье, бездельник, безделица, безделушка, рукоделье, рукодельничать, изделие и многие др. (Тихонов, 1985: 281-284).
Материал НКРЯ позволяет выделить основные смысловые оттенки в разных ситуациях употребления анализируемого глагола:
1. Бездельничать употребляется в основном значении, зафиксированном всеми толковыми словарями – ‘ничего не делать’, при этом праздное времяпрепровождение эксплицитно или имплицитно противопоставляется занятию работой: В мире население растет, значит, потребление будет расти. А раз потребление будет расти, мир столкнется с проблемой только тогда, когда население прекратит расти или начнет бездельничать, как это происходит в некоторых странах, когда люди выходят на улицу, не хотят работать, только требуют увеличения пенсий, зарплат и так далее (РБК Daily. Сергей Галицкий, «Магнит»: «Мы думали, что уже можем все, и немного расслабились» // РБК Дейли, 2011.10.31); Некоторые люди могут вообще бездельничать годами, просто сидеть тупо дома и не выходить никуда, у меня знакомому 30 лет, он никогда вообще не работал, всю жизнь на шее у родителей просидел (коллективный. Форум: Душевная лень или депрессия (2011)) [НКРЯ].
2. Человек может ничего не делать вынужденно, в силу обстоятельств. В таком случае в предложении это подчёркивается словами приходится, вынужден, не по своей воле, например: Читать ничего не взял ― забыл, и теперь маюсь, приходится бездельничать в литературном плане (Дмитрий Каралис. Автопортрет (1999)); Если же боссу нечем занять сверхэффективного подчиненного, его начинает раздражать, что человек вынужден бездельничать (Александра Ильина, Наталья Чудова. Заложник порядка // Труд-7, 2010.12.07) [НКРЯ]. 
3. Глагол бездельничать не означает полного отсутствия какого-либо занятия, а, по мнению говорящего, обозначает тот факт, что адресат сообщения занимается в данное время не тем, чем ему следовало бы заниматься, с точки зрения адресанта. Например: Скрипнула дверь, вошла мама. ― Ты долго ещё будешь бездельничать? Уже пять часов, а ты ещё не садилась за уроки! Сколько можно играть? (Ирина Пивоварова. Превращение фарфоровой свинки (1986)); ― Здоровый верзила, а целыми днями бездельничает! ― Я не бездельничаю, я думаю. И захлопывал перед ее лицом дверь (Михаил Шишкин. Письмовник (2009) // «Знамя», 2010). [НКРЯ].
4. Глагол может обозначать отсутствие деятельности в каком-то конкретном направлении, например: Он ленился записывать. Несколько месяцев бездельничал. Прочитал ещё триста книг. Выучил два языка ― румынский и хинди (Сергей Довлатов. Заповедник (1983)) [НКРЯ].
5. Бездельничать может употребляться в значении ‘отдыхать, ничем серьёзным не занимаясь, приятно проводя время’: Понравилось море. Много плавал, загорал, бездельничал. Но приехал — и снова та же усталость и все время болит грудь. Что такое, не пойму (Владимир Чивилихин. «Моя мечта ― стать писателем», из дневников 1941-1974гг. // «Наш современник», 2002.06.15) [НКРЯ].
6. Наконец, анализируемый глагол может обозначать сознательно праздный образ жизни, когда финансовые возможности это позволяют: Давно. Теперь бездельничаю, благо средства предков позволяют. ― Женщина поняла, что проболталась, но мысленно махнула на это рукой. Смазливый бородач не опасен: его вон чуть ли не колотит с похмелья! (Вадим Громов. Компромат для олигарха (2000)) [НКРЯ]. 
Глагол бездельничать употребляется без дополнения. 
Смысловые оттенки глагола, выделенные нами на материале НКРЯ, и предложенные информантами значения в целом совпали. Респондентам было дано задание сформулировать значение глагола бездельничать. Были получены следующие ответы: ничего не делать (с расширением: праздно проводить время, заниматься пустяками, лениться) – 55% ответов; регулярно не заниматься никакой полезной деятельностью; проводить время, занимаясь чем-то, что не приносит полезный/практический результат, либо: избегать совершения необходимого дела, занимаясь чем-то бесполезным; проводить время без осмысленного дела, обычно в ситуации, когда ожидается, что какое-то дело должно делаться, и обычно систематически (странно сказать "10 минут бездельничала") – 30% от общего числа ответов; отдыхать, ничего не делая – 5% ответов; отдыхать, праздно и приятно проводить время – 10 % ответов, которые имеют пояснения такого рода: часто с тем оттенком, что отдых нежелателен, предосудителен, например, при том, что человек трудится в каком-то коллективе, каждый старательно выполняет свою работу, а он – нет.
Таким образом, ядро значения русского глагола бездельничать можно сформулировать так: «не работать, не заниматься тем, чем, по мнению окружающих (говорящего), человек должен был бы заниматься». 
Большинство опрошенных указали глагол лентяйничать как наиболее близкий синоним к бездельничать. 
Рассмотрим выделенные нами звенья наиболее близких синонимов в составе ряда.

2.1.3.	Баклушничать – шалопайничать – балбесничать – лоботрясничать
Глагол баклушничать толковые словари русского языка определяют как ‘бездельничать, бить баклуши’. При этом два словаря квалифицируют глагол как устаревший (БАС, 2004: т. 1, 344; Шведова, 2008: 55). Стилистически, согласно большинству лексикографических источников, это слово является разговорным. 
Материалы НКРЯ подтверждают устаревший характер глагола: Когда мы отдыхали и баклушничали, он корпел над книгами и вот выдержал-таки тоже на студента (В. П. Авенариус. Гоголь-студент (1898)) [НКРЯ]. Нам встретилось всего два контекста его использования в корпусе. Видимо, глагол вышел из употребления из-за его вытеснения фразеологизмом бить баклуши. Респонденты в анкетах привели в качестве значения глагола именно этот фразеологизм, 91 % анкетируемых ответили, что не употребляют этот глагол в речи. Информанты отметили, что в составленных ими примерах чаще всего глагол баклушничать можно заменить на бездельничать.
Шалопайничать, по данным толковых словарей, имеет значение ‘вести себя как шалопай (‘бездельник, повеса’) (Шведова, 2008: 1101), ‘бездельничать, повесничать’ (БТС, 1984: т. 4, 698). По стилистической принадлежности глагол, образованный от существительного шалопай, является разговорным. «Большой толковый словарь синонимов русской речи» под редакцией Л.Г. Бабенко (далее – словарь Бабенко) определяет значение слова шалопай следующим образом: ‘молодой человек, склонный к безделью, праздности, тратящий время на легкомысленные забавы и развлечения’ (Бабенко, 2008: 637).
Материалы НКРЯ свидетельствуют, что в значении ‘повесничать’ глагол не употребляется в современном русском языке, см. контекст XIX века: Только чур не шалопайничать ― по скитам ради озорства не ездить, не повесничать там (П. И. Мельников-Печерский. На горах (1875—1881)) [НКРЯ]. Глагол малоупотребителен в корпусе – было обнаружено всего 4 контекста. Основные смысловые оттенки, которые он приобретает в контекстах использования, можно сформулировать следующим образом:
1.	‘Праздно проводить время’: Школу Витя забросил после восьмого класса, два года шалопайничал (Ярмарка тщеславия // «Сельская новь», 2003.11.11) [НКРЯ];
2.	‘Не заниматься тем, чем следовало бы с точки зрения говорящего’: Митя был мрачный крупный парень, не учился и не работал, шалопайничал и, по словам матери, писал неплохие стихи (Зоя Масленикова. Близкие Бориса Пастернака (1968—2000)) [НКРЯ]. 
На наш взгляд, можно отметить, что шалопайничать используется применительно к детям или подросткам.
Информанты определили значение глагола следующим образом: «бездельничать, валять дурака, ничего не делать, заниматься ненужными вещами, дурачиться, вести себя не по возрасту; то же, что бездельничать, но с указанием на то, что вместо предполагаемой осмысленной деятельности человек ведёт себя каким-то активным образом, скорее всего (слегка) нарушающим общественные ожидания; 1) заниматься крайне бесполезным делом, возможно приносящим радость и удовольствие, в качестве основного времяпрепровождения, бездельничать “по жизни”, 2) дурачиться, вызывая раздражение человека, который это дурачество видит и характеризует». 90% опрошенных отметили, что они не знают этого глагола и не употребляют его в своей речи. 
Таким образом, респонденты не отметили значение ‘повесничать’ у этого глагола, но из их ответов можно выделить значение ‘дурачиться’, явно присутствующее в языковом сознании. Две выделенные семантические трактовки глагола, выявленные на материале контекстного анализа, нашли подтверждение по данным опроса. Информанты полагают, что самым близким синонимом к шалопайничать является балбесничать.
Балбесничать, по данным толковых словарей русского языка, имеет следующую сводную дефиницию: ‘бездельничать, вести себя подобно балбесу (‘бестолковому, грубому и неотёсанному человеку’). Глагол, образованный от существительного балбес, характеризуется как просторечный. Примеры употребления данного глагола в НКРЯ немногочисленны (2 случая использования), глагол используется в значении, зафиксированном словарями: — Всё равно. Хватит балбесничать. Скоро четвертные контрольные. Пора браться за ум (Тамара Крюкова. Борец за права человека // «Наука и жизнь», 2008) [НКРЯ]. 
Информанты сформулировали значение глагола следующим образом: «лениться, не работать, немного хулиганить, шалить, баловаться, быть глупым и ленивым человеком». Обращают на себя внимание семы, обозначающие хулиганство, шалость, баловство. 79 % респондентов отметили, что в своей речи этот глагол не употребляют. Наиболее близкий синоним к балбесничать, по мнению большинства опрошенных, лоботрясничать.
Лоботрясничать, по данным лексикографических источников, имеет сводное толкование ‘бездельничать, лентяйничать, быть лоботрясом’. Стилистически глагол, образованный от существительного лоботряс, относится к разговорной речи или просторечию. Лоботряс, по данным словаря Бабенко, – это ‘бездельник (о молодом здоровом человеке, проводящем жизнь в праздности, забавах и развлечениях)’ (Бабенко, 2008: 637).
В материалах НКРЯ (4 примера) лоботрясничать встретился в значении ‘бездельничать, праздно проводить время’: Примерная отличница Ленка собралась бросать школу и поступать в ПТУ, сын принялся лоботрясничать и прогуливать уроки, не внимал ничьим словам и угрозам (Алексей Варламов. Купавна // «Новый Мир», 2000) [НКРЯ].
Респонденты также сформулировали значение глагола как ‘ничего не делать, бездельничать, праздно проводить время’. Обращают на себя внимание комментарии носителей языка относительно объекта такой характеристики: «обычно о молодом человеке, который отказывается взрослеть по модели старшего поколения и вызывает их неодобрение; вообще ничем не заниматься, пропускать занятия, не учиться (применительно в основном к школьникам)». Один из информантов отметил, что глагол по своей семантике «близок к шалопайничать и балбесничать, есть элемент оценки поведения субъекта действия, как присущего человеку с низким уровнем ответственности». 71% опрошенных употребляют глагол в своей речи. Большинство информантов ответили, что слово лоботрясничать может быть заменено на балбесничать.
Все глаголы рассмотренного синонимического звена используются без дополнения.
2.1.4.	Лодырничать – лентяйничать – лениться 
Глагол лодырничать, образованный от существительного лодырь, определяется толковыми словарями, как ‘уклоняться от работы, лентяйничать, бездельничать, быть лодырем’. Лодырем называется человек, ‘ведущий себя крайне безответственно, сознательно не желающий приступить к каким-л. активным действиям, не работающий, проводящий жизнь в праздности’ (Бабенко, 2008: 637).
В материалах НКРЯ глагол достаточно частотен (18 вхождений только в форме инфинитива), чаще всего используется в контекстах, в которых он противопоставляется глаголу работать: ― Ладно уж, возьмем сейчас, только одно условие, ― предупредил Самоделкин пиратов. ― Не лодырничать, а работать. Будете делать все, что я вам скажу (Валентин Постников. Карандаш и Самоделкин в стране людоедов (1996); Ответ у партийных один ― работать надо было, лодырничать не надо было (Василий Гроссман. Все течет (1955— 1963) // «Октябрь», 1989) [НКРЯ]. Это подтверждает наличие основной семы глагола – ‘уклоняться от работы’. Ср. также: Говорить никому не хочется, все устали, только Митя коротко и четко сообщает, что поработали как будто неплохо, никто не лодырничал, не отлынивал и что хотя Костя и не из их отряда ― работал он наравне с лучшими рубщиками (Николай Дубов. Огни на реке (1966)) [НКРЯ]. Лодырничать может использоваться и в ситуации получения человеком удовольствия от ничегонеделания: Пухов посвежел лицом и лодырничал, называя отдых свойством рабочего человека (А. П. Платонов. Сокровенный человек (1928)) [НКРЯ].
Лодырничать употребляется без дополнения.
Информанты предложили следующие толкования глагола: «уклоняться от дел; бездельничая, уклоняться от дела, которое считается обязанностью; не трудиться, бездействовать, не выполнять свои обязанности; не любить работу, бездельничать; быть лодырем; отлынивать от работы; лениться; избегать работы и ответственности; не делать того, что следует, избегая ответственности; злостно не выполнять своих обязанностей». В предложенных дефинициях эксплицитно представлены семы ‘злостно не выполнять обязанности’ и ‘избегать ответственности’. Лодырничать употребляют в собственной речи 70% опрошенных. Глагол лодырничать в большинстве контекстов информанты считают возможным заменить на лентяйничать.
Глагол лентяйничать, образованный от существительного лентяй, по данным толковых словарей русского языка, имеет значение ‘проводить время в праздности, безделье, быть лентяем, лениться’. Слово всеми лексикографическими источниками относится к разговорному стилю речи. 
В материалах НКРЯ различаются следующие смысловые оттенки глагола лентяйничать:
1.	‘Уклоняться от работы’: ― Да он работал очень плохо, снег убирать не хотел, ― пояснили они. — Почему мы вкалываем, а он должен лентяйничать? (Павел Буров. В Петербурге дворники жестоко наказывают лентяев // Комсомольская правда, 2011.01.13) [НКРЯ];
2.	‘Ничего не делать, праздно проводить время’: Мне пришлось за десять дней подготовиться к экзаменам, так как летом я лентяйничала. Светлана Аллилуева. Двадцать писем другу (1963)) [НКРЯ];
3.	‘Получать удовольствие от праздного времяпрепровождения’: На лето, по крайней мере, на первую его половину с начала мая я поеду на Шатиловскую сельско-хозяйственную станцию работать по полеводству, а осенью буду отдыхать (опять отдыхать, т. е. лентяйничать) и возможно, что проберусь в Крым (Б. Редько. Письма в Саратов (1913—1916)) [НКРЯ];
4.	‘Трудиться, выполняя свои обязанности не в полную силу’: Ежели у покойника сломаны два-три ребра, значит, реаниматолог старался. Ежели нет, то лентяйничал, может, из-за него бедолага и помер» — опять всплыл в памяти образ Бориса Иваныча (Ксения Малышева. 5 смертей и 3 жены // Труд-7, 2010.06.30) [НКРЯ].
Глагол лентяйничать употребляется без дополнения.
Информанты предлагают следующие толкования: «лениться, отлынивать от работы, не желать трудиться, делать что-либо неохотно и плохо, не прилагать усилий, делать что-либо не в полную силу». 
Таким образом, большинство смысловых оттенков глагола, отмеченных нами в НКРЯ, подтверждается анкетируемыми. 60% информантов употребляют глагол в своей речи. Большинство из них считает, что глагол лентяйничать можно заменить на лодырничать.
Глагол лениться толковые словари определяют по-разному: ‘из-за лени, склонности к безделью не делать, не выполнять что-л., уклоняться от чего-л.’ (БАС, 2004: т. 9, 131) и ‘испытывать лень, лениво относиться к чему-л.’ (МАС, 1984: т. 2, 174; Шведова: 2008, 402; БТС, 2006: 492). Следовательно, можно выделить два лексико-семантических варианта глагола. В рассматриваемое синонимическое звено глагол входит в первом из них. 
По данным НКРЯ, глагол, употребляясь в разных ситуациях, может приобретать следующие смысловые оттенки:
1.	‘Уклоняться от работы’: Мальчик ещё не умел лениться, выдергивал одуванчики, приносил воду и собирал под яблонями падалицу (Алексей Варламов. Купавна // «Новый Мир», 2000) [НКРЯ];
2.	‘Получать удовольствие от праздного времяпрепровождения’: Мой график выглядит следующим образом: на три-четыре месяца я по контракту ухожу в море, затем два-три месяца провожу дома ― ленюсь, гуляю и сплю. Мой отец всю жизнь проработал на судах, вышел на пенсию капитаном. Сомнений, кем быть, у меня не было (Я больше не хочу выходить в море // Труд-7, 2009.03.18) [НКРЯ];
3.	‘Работать не в полную силу’: «Пока нефть дорогая — люди могут позволить себе лениться», — подытожил экономист (Андрей Котов. В Китае появится новая Силиконовая долина // РБК Дейли, 2012.06.28) [НКРЯ];
4.	‘Испытывать лень’: Состояние усталости практически постоянно присутствует. Хотя лениться тоже иногда случается. Но работы очень много, все расписано уже на два года вперед. Хотя, признаюсь, физически очень тяжело, особенно в последнее время (Лика Брагина. Григорий Лепс: «Лично я деньги ни во что не вкладываю, кроме икон» // Труд-7, 2011.01.13) [НКРЯ].
Лениться в том значении, в котором глагол входит в рассматриваемый ряд, может употребляться в сочетании с инфинитивом — лениться писать, лениться вернуться и т. п.
Информанты определили значение лениться следующим образом: «уклоняться от дел, не хотеть что-либо делать; не желать выполнять какую-либо работу; не хотеть работать; не хотеть напрягаться; находиться в состоянии, когда ничего не хочется делать; предаваться лени, не в состоянии заставить себя что-либо сделать; выполнять что-либо не в полную силу». 
Таким образом, ответы информантов подтверждают данные, полученные в результате анализа материалов НКРЯ. 98% опрошенных употребляют глагол лениться в своей речи. Самым близким синонимом к лениться большинство опрошенных считает бездельничать.

2.1.5.	Сибаритствовать – барствовать
Сибаритствовать, по данным словарей, имеет сводное значение ‘вести жизнь, свойственную сибариту (праздному, избалованному роскошью человеку), предаваться сибаритству’. Большинство толковых словарей русского языка квалифицируют глагол как нейтральный по стилистической окраске, только словарь Н.Ю. Шведовой относит его к книжному стилю речи (Шведова, 2008: 878). 
По данным НКРЯ, глагол употребляется в своём словарном значении в произведениях XIX века: Карл Иванович Шиммельпфениг, ― как вообще всякий петербургский немец его категории, ― когда находился в меньших чинах и принужден был ежедневно пребывать в месте служения своего, то жил летом в Новой Деревне; когда же ранги его возвысились, а служебный пост дозволил сибаритствовать, он стал нанимать дачу в Парголове (В.В. Крестовский. Петербургские трущобы. Книга о сытых и голодных. Ч. 5 (1867)) [НКРЯ]. В современном русском языке он встречается в основном в иронических контекстах, например: Через каких-то пару-тройку лет я сам планирую легитимно уйти от мирской суеты в затвор деревенской жизни, чтоб на всю огромную пенсию (на все пять тысяч рублей, наверное) сибаритствовать, наслаждаясь заслуженной свободой: рыбалкой на рассвете, вечерним, вдумчивым чтением журнала Playboy у камина в теплых офицерских кальсонах с очаровательной крошкой на коленях, ноги в тазу с горячей водицей, в дрожащей руке чашка горячего глинтвейна, сигара в поредевших зубах (Александр Мешков. Как «пенсионер» Мешков работу искал // Комсомольская правда, 2011.08.04) [НКРЯ]. 
Информанты определили значение глагола как «жить ради удовольствий; любить и уметь получать удовольствия; наслаждаться чем-либо (едой, отдыхом), но вести себя при этом не активно, а пассивно, лениво, расслабленно; жить франтовской жизнью, проводя время в безделье, развлечениях; вести утончённую и изысканную жизнь, не обременяя себя упорным трудом; проводить время в праздности; наслаждаться удобной и красивой жизнью без тяжёлого труда». Только 27 % опрошенных используют этот глагол в своей речи. Ближайшим синонимом к сибаритствовать информанты считают барствовать.
Сводная дефиниция глагола барствовать, по данным толковых словарей, выглядит следующим образом: ‘жить в роскоши, праздности’. БАС характеризует глагол как устаревший (БАС, 2004: т. 1, 399). 
В материалах НКРЯ глагол малоупотребителен в интересующем нас значении: Недешево, конечно. Но если не барствовать, то можно уложиться и в $ 27―30 тысяч. А настоящий японский джип (ну хорошо, паркетник) стоить дешевле и не может. Разве что только Jimny этой же марки, но там и размеры другие, и «начинка» (Людмила Корниенко, Андрей Михеев (фото). Тест-драйв Suzuki Grand Vitara New // Комсомольская правда, 2007.05.25) [НКРЯ]. 
Но, по данным корпуса, можно выделить ещё одно значение глагола: ‘считать себя выше других, перекладывать свою работу на кого-то, вести себя как барин’: Кинооператор работает с группой ассистентов, один устанавливает камеру, другой переводит фокус. У телеоператора тоже есть ассистент, но оперативная съемка предполагает быстрое и единственно верное решение ― барствовать нет времени. Сам хватаешь технику и бежишь туда, где должен быть. И не дай бог уронить аппаратуру: профессиональная техника стоит как очень хорошая машина, от 30 до 60 тысяч долларов (Букчина Яна. На шпильках — но с монтировкой // Труд-7, 2008.07.03). 
Ответы респондентов также можно разделить на две группы: «чужими руками жар загребать; пользоваться своим положением или статусом, чтобы ничего не делать; вести себя как барин, отказываться от выполнения работы, обязанностей; иметь возможность заставлять других работать за себя» и «жить на широкую ногу, как барин; шиковать, сибаритствовать, ничего не делая». В языковом сознании информантов преобладает второе из отмеченных нами значений, не зафиксированное в словарях. Только 35% информантов употребляют этот глагол в своей речи. Наиболее близким синонимом к барствовать подавляющее большинство респондентов считает сибаритствовать.
Обратимся к анализу глаголов, которые можно считать аналогами русских единиц во вьетнамском языке.

2.1.6.	Переводческие эквиваленты русских синонимичных глаголов во вьетнамском языке
По данным «Толкового словаря вьетнамского языка» (далее – ТСВЯ) и «Двуязычного русско-вьетнамского словаря» (далее – РВС), синонимический ряд вьетнамских глаголов поведения с доминантой бездельничать может быть представлен следующим образом: 3 глагола со значением ‘ничего не делать’, 2 глагола со значением ‘отлынивать от работы’, 1 глагол со значением ‘испытывать лень’.
Среди трёх глаголов, соответствующих по значению русскому глаголу бездельничать, выделяется одна пара лексических дублетов. Данное языковое явление объясняется тем, что во вьетнамском языке сосуществуют различные диалекты, например, на севере и на юге страны. Северный диалект (Ханойский) выступает в качестве литературного языка. Глагол ngồi không принадлежит к северному диалекту, он частотен в речи носителей современного вьетнамского языка, стилистически нейтрален и широко употребляется в разных типах дискурса. Ядро значения данной единицы образует сема ‘ничего не делать’, а периферийными семами являются семы ‘праздно проводить время’, ‘быть свободным’, ‘не работать’, ‘вести праздный образ жизни’, ‘не иметь в данный момент того, чем можно было бы заняться’. 
Глагол ở không также содержит указанный выше набор сем, но употребляется в просторечии и в большей степени в речи южан. Третий глагол со значением ‘ничего не делать’ ngồi dưng используется редко, только в ситуации, когда речь идёт о потере работы. Данный глагол постепенно уходит из употребления в речи носителей современного вьетнамского языка, его можно обнаружить главным образом в составе фразеологизмов. 
Что касается двух глаголов со значением ‘отлынивать от работы’ (trốn việc, tránh việc), то они являются точными синонимами и принадлежат литературному языку. Оба они широкоупотребительны, позволяют говорящему выразить неоднозначное отношение к человеку (обычно подросткам и взрослым). Глаголы употребляются в ситуациях, когда кто-либо уклоняется от работы, если он не хочет работать, или не видит никаких выгод в предлагаемой работе, или не способен к выполнению какой-либо работы. Во вьетнамском сознании ТРУДОЛЮБИЕ является одним из ключевых концептов, поэтому ситуации уклонения от выполнения своих трудовых обязанностей специально номинируются в языке.
Глагол со значением ‘испытывать лень’ (làm biếng) принадлежит к южному диалекту. Во вьетнамском литературном языке значение ‘испытывать лень’ в большей степени вербализуется прилагательным ленивый. В связи с этим контексты с русским глаголом лениться чаще переводятся на вьетнамский язык с помощью прилагательного ленивый.

Таким образом, проведённый анализ синонимов с общим значением ‘ничего не делать’ позволил выявить ядро и периферию рассматриваемого синонимического ряда. Учитывая частотность в материалах НКРЯ и употребительность синонимов в речи носителей русского языка, к ядру ряда следует отнести глаголы бездельничать (доминанта), лениться, лодырничать, лоботрясничать и лентяйничать. Глаголы баклушничать, шалопайничать, балбесничать, сибаритствовать и барствовать относятся к периферии ряда. 
Самое большое количество семантических оттенков было выделено для доминанты синонимического ряда – глагола бездельничать. Остальные синонимы различаются дифференциальными семами, в ряде случаев имплицитными. По употребительности в современном русском языке (в порядке убывания) глаголы ядерной зоны распределяются следующим образом: бездельничать, лениться, лоботрясничать, лодырничать и лентяйничать. Такие синонимы, как бездельничать, лоботрясничать, лодырничать и лентяйничать, образованы от существительных-наименований лиц по поведению (бездельник, лоботряс, лодырь и лентяй). Глагол лениться отличается от других синонимов тем, что может характеризовать не только поведение субъекта, но и испытываемое чувство лени. Все глаголы ядерной зоны употребляются применительно к субъекту любого возраста и пола, а глаголы лоботрясничать и шалопайничать, главным образом, применительно к молодым и здоровым людям. Все глаголы являются непереходными, используются без дополнения. Глагол лениться может сочетаться с формой инфинитива другого глагола.
Для расширения пассивного словарного запаса учащихся можно представить глаголы периферийной зоны русского синонимического ряда, принимая во внимание уровень владения языком учащихся.
Переводческие эквиваленты вьетнамского языка образуют синонимический ряд, концептуализирующий отношение к безделью в целом так же, как и синонимы русского языка. В ядерную зону синонимического ряда вьетнамского языка входят следующие единицы: относящийся к литературному языку глагол со значением ‘ничего не делать’ (ngồi không) и два дублетных широкоупотребительных синонима со значением ‘отлынивать от работы’ (trốn việc, tránh việc). В качестве доминанты ряда выделяется глагол ngồi không, так как он частотен в речи носителей современного вьетнамского языка, стилистически нейтрален и позволяет толковать остальные члены ряда через его значение. Из-за того, что в его семантику входит сема ‘не иметь в данный момент того, чем можно было бы заняться’, может возникнуть межъязыковая интерференция и ошибки в русской речи вьетнамцев при употреблении глагола бездельничать, поскольку ситуация вынужденного праздного времяпрепровождения уже заложена в лексическом значении аналогов вьетнамского языка на языковом уровне. Как и в русском языке, во вьетнамском двумя глаголами (trốn việc, tránh việc) номинируется уклонение от работы как этически неприемлемое в лингвокультуре. Трудности могут возникнуть при семантизации глагола лениться во вьетнамской аудитории, так как для него не существует общелитературного переводческого эквивалента во вьетнамском языке. Необходимо будет объяснить оба лексико-семантических варианта русского глагола. 

2.3.	Синонимический ряд русских глаголов с доминантой хитрить
В данном разделе объектом исследования служит синонимический ряд русских глаголов с доминантой хитрить. Все члены данного синонимического ряда объединены общей семантикой ‘действовать, скрывая свои настоящие намерения’ и относятся к лексико-семантической группе глаголов поведения. 
2.3.1.	Состав и структура синонимического ряда русских глаголов с доминантой хитрить
На основе данных словарей синонимов современного русского языка (Александрова, 1969: 579; Евгеньева, 2003: т. 2, 650; Горбачевич, 1996: 442-443), исследуемый нами второй синонимический ряд может быть представлен следующим образом: хитрить – лукавить – ловчить – плутовать – химичить – финтить – изворачиваться – лавировать – юлить – темнить – крутить – вилять – мудрить.
В рассматриваемый в данном разделе синонимический ряд входят 13 русских глаголов, среди которых в качестве доминанты выделяется глагол хитрить. Глагол-доминанта был определен нами на основе следующих критериев: по данным НКРЯ, хитрить является наиболее частотным из рассматриваемых синонимов – 1333 вхождения (это количество контекстов, где хитрить употребляется во всех значениях) в форме инфинитива и в иных грамматических формах; кроме того, 78,4% информантов-носителей русского языка активно употребляют данную лексему в своей речи. Глагол хитрить стилистически нейтрален и обладает наиболее общим значением среди других синонимов.
Такие толковые словари русского языка, как МАС, БТС и словарь Шведовой выделяют в качестве интегральной сему глагола-доминанты ‘действовать с хитростью, скрывая что-л. или вводя в заблуждение’, а также включают в семантическую структуру глагола лексико-семантический вариант ‘придумывать что-н. хитроумное, замысловатое’. Все перечисленные словари не сопровождают этот глагол (в 1-ом значении) какими-либо стилистическими пометами. А употребляясь во 2-ом значении, хитрить относится к разговорному стилю речи (МАС, 1984: т. 4, 599; Шведова, 2008: 1063; БТС, 2006: 1443).
И.Д. Баландина при помощи математической модели доказывает, что глагольные синонимы, обозначающие наиболее актуальные для общества процессы, образуют наиболее многочисленные ряды (Баландина, 2019). Изучаемый в данном разделе синонимический ряд, как и синонимический ряд с доминантой бездельничать – объект исследования в предыдущей части данной главы, является многочленным. В связи с этим, в структуре данного ряда можно выделить следующие звенья синонимов, наиболее близких по значению, объединяемых общей семой: 
•	хитрить – лукавить – плутовать – химичить – финтить – ‘вести себя не искренне’;
•	изворачиваться – лавировать – ловчить – юлить – ‘действовать с хитростью, обустраивая свои дела’;
•	темнить – крутить – вилять – ‘говорить непрямо, скрывая свои мысли’;
•	мудрить – ‘прибегать к хитростям, уловкам для достижения чего-н.’.
Перейдём к детальному анализу семантики и особенностей употребления доминанты синонимического ряда – глагола хитрить.

2.3.2.	Хитрить 
Глагол хитрить образуется от прилагательного хитрый и входит в словообразовательное гнездо, состоящее из 15 единиц: хитрый, хитрость, хитрец, хитринка, схитрить, перехитрить и другие (Тихонов, 2014: 537). 
По нашим наблюдениям, данная лексема может иметь как отрицательную, так и положительную оценку при функционировании в текстах разных типов дискурса, согласно данным НКРЯ. Материал НКРЯ позволяет нам выделить следующие основные смысловые оттенки и, соответственно, ситуации употребления анализируемого глагола:
1.	Хитрить употребляется в основном значении, зафиксированном всеми толковыми словарями – ‘действовать с хитростью’: Я убежден, что почти все шпионы действуют неправильно. Они зачем-то маскируются, хитрят, изображают простых советских граждан. Сама таинственность их действий ― подозрительна. Им надо вести себя гораздо проще (Сергей Довлатов. Чемодан (1986)); По дороге из театра рассказывал Ольге, как Феликс учил меня читать по газете «Вечерний Ленинград», а я хитрил и ленился (Дмитрий Каралис. Автопортрет (1999)); Гоша вяло подбирал мяч и кидал его двумя руками, одной сил не было, хитрил, старался подбросить поближе, чтобы оттуда уже ударить точно (Алексей Варламов. Купавна // «Новый Мир», 2000) [НКРЯ].
2.	Глагол может обозначать проявление творческих способностей человека, характеризует свойственную субъекту находчивость: Сама она чем только не занималась: во время блокады снимала кинохронику, работала художником-оформителем витрин в Гостином дворе. Часто Валюша хитрила. Она была настолько креативна, что отрыв на какой то барахолке перламутровую коробочку на ножках без крышки, она вначале обтягивала её изнутри голубым шёлком, затем находила в своих запасах (у неё было множество запасов ― накладочек, пуговиц, вышивок) накладочку, расчихвостив перламутровый кошелёчек, делала из него крышку, которую мастера в Эрмитаже обрамляли бронзой с тем же рисунком, какой был на ножках, из какой-то запонки делала замок. (Сати Спивакова. Не всё (2002)) [НКРЯ].
3.	Человек может действовать с хитростью вынужденно, в силу обстоятельств. В таком случае в предложении это подчёркивается словами заставляет, надо, должен, например: Нас жизнь заставляет. Заставляет хитрить, сочинять номера, мистифицировать простодушных. Взять тот же возраст. Вот мне. (Сергей Носов. Фигурные скобки (2015)) [НКРЯ].
4.	Глагол может иметь значение ‘говорить не прямо, скрывать свои мысли’: Я всегда органично веду себя, никогда не хитрю (дипломат из меня никакой), прямо там же в коридоре я заорала: «Ой, мне нравится, мне нравится!» (Виталий Мелик-Карамов, Татьяна Тарасова. Красавица и чудовище (1984-2001)); ― Это мой отец говорит, когда кто-то вместо того, чтобы говорить нормально, начинает вилять и хитрить. ― Я виляю и хитрю? Дура, сказала себе Яна. Он только того и ждет, ему повод нужен для ссоры. (А. И. Слаповский. Большая Книга Перемен // «Волга», 2010) [НКРЯ]. 
5.	Хитрить может выступать в значении ‘обманывать’: Она со своим лицом, похожим на подъезд шестнадцатиэтажного панельного дома, имея на руках шваль, которой ее наделили природа и непутевые родичи, разыграла свою партию с такой ловкостью, так хитрила и блефовала, что все козыри покрыла, а у этой столичной цыпы, распростертой теперь перед ней, золотые деньки пролетели, ни денег, ни детей, ни мужика. (Александр Снегирев. Вера (2015)) [НКРЯ].
6.	В некоторых ситуациях глагол приобретает значение ‘использовать уловки для получения нужного результата’: Мы научились хитрить: глушили мотор, оставив селектор на «драйве» или на заднем ходу, тогда ручником можно не стопорить. (Сергей Сорокин. Мальки // «Автопилот», 2002.11.15) [НКРЯ].
Что касается грамматических особенностей, то глагол хитрить является непереходным и используется без дополнения. 
Данная лексема может быть использована применительно к лицу любого возраста и пола. 
В отличие от смысловых оттенков глагола, выделенных нами на материале НКРЯ, предложенные информантами значения выглядят следующим образом. Опрошенные утверждают, что глагол хитрить обозначает лишь конкретное действие: пытаться скрыть факты, обмануть, ввести в заблуждение с целью выгоды; пытаться делать что-то себе на пользу, возможно, не совсем честным способом; фальшивить, вводить в заблуждение и т.п. Следует отметить, что 12% информантов отнесли данный глагол к ЛСГ «Глаголы речи»: говорить неправду; недоговаривать всей правды; говорить не всю правду, часто для собственной выгоды. Таким образом, ядро значения глагола хитрить можно определить так: «достигать поставленной перед собой цели непрямым путём».
Большинство опрошенных указали глагол лукавить как наиболее близкий синоним к хитрить.
Перейдём к описанию выделенных нами звеньев наиболее близких синонимов в составе ряда. 

2.3.3.	Лукавить – плутовать – финтить – химичить
Глагол лукавить образуется от прилагательного лукавый. По данным НКРЯ, изучаемый глагол является частотным – 756 вхождений. Его сводное значение, по дефинициям толковых словарей русского языка, можно определить следующим образом: ‘хитрить, притворяться, имея какой-либо умысел’. Лукавить – это непереходный глагол. Только БТС отмечает у него управление с кем (БТС, 2006: 507).
Информанты-носители русского языка толкуют глагол лукавить отличным от лексикографических источников образом. 90 % респондентов понимают лукавить как «говорить полуправду, подменять правду похожими на правду словами; умалчивать; немного врать, чтобы скрыть информацию; говорить не всю правду, смещать акценты», т.е. в лексиконе носителей русского языка лукавить – ‘это хитрить при говорении’. 
В материалах НКРЯ исследуемый нами глагол встречается в словарном значении ‘вести себя не искренне, притворяться, скрывая правду’: ― На нашей эстраде вы всем казались сказочной принцессой, а на самом деле были глубоко несчастны в личной жизни. Вы оба лукавили, или у вас не было другого выхода? (Певица Валерия: «Мое долгожданное счастье» // «Мир & Дом. City», 2004.03.15) [НКРЯ], а также в следующих ситуациях: 
1.	‘Говорить не то, что есть на самом деле’: Я сразу вспомнил про Ильму, не его ли она искала несколько дней назад. Впрочем, мне до нее теперь нет никакого дела, мне надо сосредоточиться на вопросе, уже пора задать себе Вопрос, а потом искать на него Ответ. Нет, признаться, я лукавил, сказав, что мне нет дела до Ильмы, конечно, сердце мое кольнуло. А.А. Ботев. Кот Шредингера // «Волга», 2013) [НКРЯ]. 
2.	‘Уклоняться от прямого ответа’: Я еще раз непременно у вас буду и посещу те города, в которые на этот раз не смог попасть. Я смотрел на Андропова и думал: «А ведь он лукавит. Времени у нас было вполне достаточно, торопиться вроде бы некуда. Другое дело, что ему задавали на партийном активе нелицеприятные вопросы, на которые нелегко было отвечать. (Встреча с Ю. В. Андроповым // «Жизнь национальностей», 2002.10.14) [НКРЯ].
3.	‘Совершать обман’: Думаю, что частенько производители лукавят, используя купаж, то есть смешивают свежеотжатый сок с концентратом», ― предполагает Наталия Васина. (Токманцева Инга. Соковыжималка // «Однако», 2010) [НКРЯ].
4.	‘Действовать с хитростью, обустраивая свои дела’: Вообще говоря, в сложных жизненных ситуациях С.И. случалось лукавить. В Константинополе она при довольно странных обстоятельствах выходит замуж – быть может, с тем, чтобы получить возможность уехать в Европу (не называя имени мужа, она всячески намекает на необычность этого брака (Людмила Евдокимова. Февральская революция глазами любительницы «мягких тканей и духов» (2015)) [НКРЯ].
Следует отметить, что лукавить активно используется в политическом дискурсе. Рассмотрим следующие контексты: Новая Дума будет стоить миллиард долларов. Под занавес политического сезона глава Центризбиркома РФ Александр Вешняков собрал представителей политических партий и дал им совет, касающийся избирательных фондов: "Не лукавить и не химичить! (Рустем Фаляхов, Анастасия Матвеева. Новая Дума будет стоить миллиард долларов // «Газета», 2003.06.20) [НКРЯ]; Я сейчас не лукавлю и не троллю, я бы хотела верить, что люди, которые объявили, что хотят быть президентом Российской Федерации, отдают себе отчет, что они делают. (Андрей Никитин. «За все подряд я отвечать не могу»: Тина Канделаки о звездах ютьюба, рэпе и Дуде // Афиша Daily, 2017) [НКРЯ]; Толерантности во Львове не было даже в советские времена, уж к русским точно. При всем уважении к мэру, который любит свой родной город, не надо лукавить. Отлично помню, как в начале 90-х мы с родителями были во Львове, приехали на недельку город посмотреть. Отворачивались от нас толерантные львовяне, когда мама спросила про время, а папа про нужную улицу. (Коллективный. Дискуссия // «Русский репортер», 2014) [НКРЯ].
Что касается оценочности данного глагола, то 67 % анкетируемых полагают, что глагол лукавить выражает отрицательную оценку, а 28 % – нейтральную. Ближайшим синонимом к лукавить наши информанты считают глагол плутовать. 
Глагол плутовать образован от существительного плут. По данным лексикографических источников, данная лексема понимается как ‘поступать нечестно в каком-либо деле, игре и т. п., хитря и лукавя, обманывать’. БАС, БТС и словарь Шведовой отнесли его к разговорному стилю речи (БАС, 2004: т. 17, 112; БТС, 2006: 146); Шведова, 2008: 845). Дефиниции, предложенные опрошенными, в целом, совпадают с предлагаемой толковыми словарями, кроме одного приведённого варианта: «беззлобно лгать, чтобы обратить ситуацию в лучшую сторону».
В НКРЯ зафиксировано 170 вхождений глагола (это количество контекстов, где плутовать используется во всех значениях), большинство контекстов являются не современными. Можно выделить следующие смысловые оттенки глагола плутовать:
1.	В значении, зафиксированном в толковых словарях: Ребенок, страстно желавший выиграть, считал, что ему «не везет», бросал игру, начинал плутовать и т. п. (Р. М. Фрумкина. Психолингвистика (2001)) [НКРЯ]; Могли и короб на голову по пояс натянуть ― уж больно хитры были офени. Плутовали при торговле как дышали. Потому и в одну деревню старались два раза не приходить. И среди офеней были богатые и бедные. (М. Б. Бару. Замок с музыкой // «Волга», 2013) [НКРЯ]. 
2.	‘Хитрить, лукавить, добиваясь нужного эффекта, результата’: Действие романа начинается в 1625 г. Бушков невероятно забавно плутует с хронологией, постоянно сознательно ее нарушая. (Василий Пригодич. Роман антипод, или «Три мушкетёра» наоборот // Интернет-альманах «Лебедь», 2003.07.28) [НКРЯ]. 
Опираясь на материал НКРЯ, можно отметить, что плутовать часто связан с совершением какого-либо конкретного действия: плутует с хронологией; плутовал в деле; плутовали при торговле и т.п.
Глагол представляется устаревшим. Все респонденты ответили, что не употребляют плутовать в своей речи. 77 % анкетируемых считают, что данный глагол имеет негативную коннотацию. 
Ближайшим синонимом к глаголу плутовать, по мнению информантов, является финтить.
Финтить образовано от существительного финт. Этот глагол, по данным словарей, обозначает ‘хитрить, лукавить, прибегать к уловкам, вести себя неестественно’ и относится к разговорному стилю речи. А согласно мнению информантов, исследуемая нами лексема имеет значение ‘уклоняться от прямого честного ответа; обманывать, предлагая разные ложные варианты’; ‘обманывать, но нужен скорее физический навык, способности, чтобы обыграть в карты, кости и т.д.’. 59 % опрошенных отнесли финтить к просторечию. 
Рассмотрим контексты из НКРЯ: 
1.	Финтить может обозначать ‘говорить неправду’: ― Ничего-ничего, все в порядке, просто хулиганят по телефону, ― проговорила Марина, стараясь не смотреть на отца. ― Ты не финти. ― Игорь Васильевич взял ее за подбородок. ― В чем дело? (Лев Дворецкий. Шакалы (2000)) [НКРЯ].
2.	‘Действовать с хитростью’: Договорились? Если попробуешь финтить, останешься вдовцом. ― Хорошо, я сейчас позвоню генералу, ― сказал Гуров. ― А что дальше? (А. Макеев, Н. Леонов. Ментовская крыша (2004)) [НКРЯ]. 
3.	‘Обманывать’: ― Анна Павловна не на шутку рассердилась. ― Перестаньте финтить и немедленно верните деньги! Анна Павловна самовольно прекратила следствие и ушла, плотно прикрыв за собою дверь… (Эльдар Рязанов, Эмиль Брагинский. Старики-разбойники (1966-1969)) [НКРЯ].
В корпусе зафиксировано всего 149 вхождений данного глагола, большинство из контекстов его употребления не являются современными. Финтить в современном русском языке часто употребляют в ситуации, когда речь идёт о спорте: Во сне они лягаются порой, ногами дергают ― все бьют по голу, все финтят, все прорываются к воротам, все принимают мяч с уходом влево, проклятия спящих пленных навлекая: «заколебал, футбол! (Сергей Самсонов. Одиннадцать (2010)) [НКРЯ]; Потом это тело начало отрепетированно падать в чужой штрафной, потом ругаться с Виейра, воевать с Эшли Коулом, потом невообразимо финтить ― в общем, процесс притирки к английским реалиям пошел. (Дмитрий Навоша. Три грации. Чемпионство в английской премьер-лиге разыграют «Арсенал», «Ливерпуль» и «МЮ» // «Известия», 2002.08.16) [НКРЯ]. Здесь финтить обозначает ‘обманное движение, вводящее соперника в заблуждение’.
Исследуемый нами глагол употребляют в собственной речи лишь 2 % опрошенных. 72 % информантов считают, что финтить отличается негативной оценкой. По их мнению, ближайшим синонимом к финтить является глагол химичить.
Химичить в словаре Н.Ю. Шведовой имеет значение ‘жульничать, обманывать’ и относится к просторечию (Шведова, 2008: 1063), а в БТС – ‘хитрить, мошенничать, плутовать’ (БТС, 2006: 1442). Информанты тоже трактуют химичить как ‘обманывать’.
В материалах НКРЯ изучаемый глагол употребляется в 88 контекстах. Прежде всего, он используется в значении, зафиксированном в толковых словарях: Он начинает "химичить" и выводить активы из банка "кидая" при этом банк вместе с клиентами и вкладчиками. (Александр Чудодеев. Расписание на завтра // «Итоги», 2003.02.04) [НКРЯ]. В большинстве контекстов НКРЯ химичить обозначает ‘обман в финансовой, экономической сферах или совершение незаконного действия’. Ср.: Крупный бизнес мухлюет с офшорами, малый и средний ― химичат с «черным» налом и платят зарплату в конвертах. (13% на самом деле ― 36% // «Новая газета», 2003.01.02) [НКРЯ]; К богатым сибирским селам лепятся пришельцы с далекого экзотического Кавказа, торгуют, воруют, химичат, смешивая непотребный спирт с еще более чем-то непотребным, наклеивают на бутылку бумажку с названием «Водка, Экстра» и продают местному населению. (Виктор Астафьев. Затеси // «Новый Мир», 1999) [НКРЯ]. 
62 % анкетируемых подтверждают, что данный глагол имеет отрицательную оценку. 15,7 % опрошенных ответили, что употребляют его в собственной речи. 
Таким образом, в семантическом аспекте среди рассмотренных в данном разделе единиц глагол лукавить является наиболее близким к доминанте хитрить. Он достаточно частотен в речи носителей современного русского языка. Но в отличие от хитрить, на речевом уровне, лукавить активнее употребляется в лексико-семантическом варианте ‘говорить полуправду’. Если хитрить оценочно нейтрален, то лукавить – более отрицателен. 
Глаголы хитрить и химичить пересекаются лишь в ситуации, когда речь идёт об обмане. Химичить менее частотен, более отрицателен и относится к просторечию. Плутовать и финтить ближе к доминанте, чем химичить; но оба глагола малоупотребительны. Плутовать постепенно уходит из употребления в речи носителей современного русского языка; а финтить уже используется в более узком значении, чем в предлагаемом словарями варианте.
Перейдём к описанию следующего звена лексем, объединяющихся общей семой ‘действовать с хитростью, обустраивая свои дела’.

2.3.4.	Изворачиваться – юлить – ловчить – лавировать 
Глагол изворачиваться образуется от существительного изворот. Будучи синонимом к глаголу хитрить, данный глагол в толковых словарях имеет сводное значение ‘найти выход из затруднительных обстоятельств’. БАС, МАС и БТС относят его к разговорному стилю речи.
90 % информантов-носителей русского языка трактуют глагол изворачиваться отличным от лексикографических источников образом: «уходить от прямого ответа, избегая ответственности за проступки; скрывать правду; обратить ситуацию в лучшую сторону, используя любые методы». 
Материал НКРЯ позволяет выделить следующие смысловые оттенки в разных ситуациях употребления анализируемого нами глагола:
1.	‘Действовать с хитростью, обустраивая свои дела’: Именно здесь нам не надо было лгать и изворачиваться, чтобы просто выжить, распихивать локтями и топтать ближних, дабы урвать себе в жизни кусок пожирнее. Тут каждый из нас готов был протянуть руку товарищу, и каждый из нас знал, что рядом есть его друзья, которые всегда придут на помощь. (Игорь Вольский. Пропасть им. Пантюхина: будет ли новый мировой рекорд? (1994)) [НКРЯ]. Нам встретился также контекст, где изворачиваться употребляется в том же значении, но употребляется с положительной оценкой, выражает одобрение осуществляемых субъектом действий: ― Н. М. была умна, хитра и достойна. И ей цены не было, как она изворачивалась для того, чтобы журнал существовал. В те времена выпуск издания был сплошной идеологией и доглядом. А что было наиболее далеко от власти, противной и омерзительной? (коллективный. Рисовать науку // «Знание - сила», 2006) [НКРЯ].
2.	‘Уклоняться от прямого ответа’: ― Где Дима? ― негромко сказала она, и Николай мгновенно замолчал, перестав изворачиваться и врать. Она смотрела на него таким безоружным и в то же время таким требовательным взглядом, что он почему-то солгать уже не сумел. ― Не знаю я, Галина Семеновна, ― признался он, опуская голову (Андрей Геласимов. Дом на Озерной (2009) «Бизнес-журнал», 2004.08.17) [НКРЯ].
3.	 ‘Лавировать, уметь избегать конфликтов’: Каким образом Михайлов изворачивается между семьёй и любовью, неясно, и даже не верится, так как заметно ― и это с первой же минуты, ― что человек он во лжи несильный, из лгущих тяжело и, как правило, нескладно (Владимир Маканин. Отдушина (1977)) [НКРЯ].
4.	‘Хитрить, избегая ответственность за что-л.’: Не люблю трусость во всех ее проявлениях, особенно трусливых мужиков, которые прячутся за чужие спины и изворачиваются (Светлана Данилова. Нина Вишнякова, которая с детства боится быть навязчивой // «Дело» (Самара), 2001.01.12) [НКРЯ].
Глагол изворачиваться используется без дополнения и является достаточно частотным. В корпусе зафиксировано 442 вхождения данного глагола (это количество контекстов, где изворачиваться употребляется во всех значениях), 39,2 % анкетируемых ответили, что употребляют его в собственной речи. 87 % подчеркнули, что изучаемый глагол имеет негативную коннотацию. И ближайшим синонимом к нему, по их мнению, является глагол юлить.
Юлить образован от существительного юла. Являясь синонимичным глаголу хитрить, по данным МАС, БТС и словаря Шведовой, данный глагол определяется как ‘хитрить, изворачиваться’. А информанты сформулировали значение юлить следующим образом: «уходить от честного, прямого ответа, предлагая разные не соответствующие правде варианты; перенаправлять внимание собеседника на что-то другое; делать что-то не совсем честно».
Рассмотрим контексты из НКРЯ:
1.	‘Действовать с хитростью’: Муж Алины порывался проверить, правильно ли она написала отчет, Петрова врала ему, что правильно, однако телефон не отдавала, говорила, что отдаст посмотреть как-нибудь попозже и всячески юлила, а муж Алины был на удивление упорен (А.Б. Сальников. Петровы в гриппе и вокруг него // «Волга», 2016) [НКРЯ].
2.	‘Уклоняться от прямого ответа’: Только не врать и не юлить. Хорошо? Она посмотрела на Гуго. ― Мы никогда не врем и не юлим, ― с достоинством ответил тот, ― Всю правду без утайки говорим (Виктор Пелевин. Любовь к трем цукербринам (2014)) [НКРЯ]; ― Цену, что ли набиваешь, Родион? Так скажи прямо ― не юли. ― А хоть бы и набиваю. Товар-то у меня штучный (М. Б. Бару. Навоз божьих коровок // «Волга», 2012) [НКРЯ].
3.	Человек может действовать с хитростью вынужденно, в силу обстоятельств. В таком случае в предложении это подчёркивается словами надо, пришлось, например: Я с ужасом вспомнила про свое обещание заскочить в гости. Не думаю, что до вечера мой экстерьер придет в норму, поэтому пришлось юлить на ходу: ― Нет, я не приду, извини. Тут, понимаешь, такое дело… У Лариски личная жизнь опять на мази (Татьяна Сахарова. Добрая фея с острыми зубками (2005)) [НКРЯ].
4.	‘Хитрить с целью уйти от ответственности’: Вопрос только в том, хватит ли вам смелости выступать так же в реальной ситуации? ― Я никогда не юлил в этих вещах. Я человек мягкий, но ничего такого, что бы мне было противно, не построил. Мы будем отступать в функциональных вопросах, в экономических вопросах (Ксения Аксельрод. Правительственный квартал в Сити как тест на лояльность // «Мир & Дом. City», 2003.03.15) [НКРЯ]. 
По данным НКРЯ, глагол юлить употребляется во всех своих значениях в 2441 контекстах, среди которых были обнаружены также контексты с русским именем Юля. Исследуемый глагол используют в собственной речи 27,5 % опрошенных. 55 % испытуемых отнесли данную лексему к разговорному стилю речи. По мнению 91 % информантов, юлить имеет негативную оценку и ближайшим синонимом к нему является глагол ловчить.
Глагол ловчить образуется от прилагательного ловкий. Толковые словари определяют его сводное значение следующим образом: ‘действовать ловко, изворотливо, не совсем благовидными способами для достижения чего-л.’ Стилистически глагол, согласно данным БАС, МАС и словаря Шведовой, относится к просторечию. А БТС отнёс его к разговорному стилю речи (БТС, 2008: 503). 
В материале НКРЯ ловчить встречается в словарном значении: Ни для кого из наших олигархов наши миллиарды не стали наградой за труд, за служение обществу, за служение обществу на ниве бизнеса, я это имел в виду. Они ловчили и получили призы ― наше достояние. Это дело надо поправить, я думаю. И вижу опасности и на этом пути (Сергей Доренко. Левые силы - перезагрузка // «Завтра», 2003.08.13) [НКРЯ], а также в следующих смысловых оттенках: 
1.	‘Совершать обман’: Прожить на одни чаевые было таким образом невозможно, и «шестерки» поневоле начинали ловчить, обсчитывать клиентов. Способов обсчитывания существовало множество. Один из самых распространенных ― подставить лишние пустые бутылки в кабинет подгулявшей компании, а потом включить их в счет как выпитые; или договориться с «веселыми девицами», сопровождающими гуляк, и добавить лишнее в счет (Ирина Муравьева. Господа и слуги // «Знание - сила», 2011) [НКРЯ].
2.	‘Действовать с хитростью’: Олег думал, как бы половчее перевести разговор на "казанских" жильцов Ирины. За время их знакомства он узнал от Иры много интересного об интересующей его группировке, но каждый раз ему приходилось ловчить, чтобы девушка не догадалась о его интересе к ее жильцам (Александра Маринина. Иллюзия греха (1996)) [НКРЯ]. 
3.	‘Найти выход из трудной ситуации’: Только и вы поймите — деньги сейчас непросто достаются. Вертеться надо, ловчить, шею подставлять. У вас, наверное, тоже запросы имеются, вы ведь не хотите туфельки фирмы «Скороход» носить и «Красную Москву» на себя прыскать. Поэтому мужей беречь надо — спит и пускай спит, сил набирается, а мы пока посидим, за его здоровье выпьем (Екатерина Завершнева. Высотка (2012)) [НКРЯ].
4.	‘Хитрить, говорить неправду’: Она просто не хочет ехать со мной вместе в метро. Ведь придется ловчить, придумывать такую же «подругу», чтобы выйти не на своей остановке. Боится, чтобы я, не дай бог, за ней не побежал… И никакого звонка завтра не будет. Через месяц ― возможно (В. М. Шапко. Кошка, пущенная через порог // «Волга», 2013) [НКРЯ].
В корпусе зафиксировано всего 256 вхождений глагола ловчить. Данную лексему употребляют в собственной речи лишь 2 % опрошенных. 46 % анкетируемых полагают, что изучаемый глагол сопровождается отрицательной оценкой, а 39 % – положительной. По их мнению, ближайшим синонимом к ловчить считается глагол лавировать. 
Будучи единицей синонимического ряда с доминантой хитрить, лавировать, по данным лексикографических источников, трактуется как ‘ловко приспособляясь к обстоятельствам, уклоняясь от чего-л., искусно выходить из затруднительного положения’. Словари не сопровождают глагол какими-либо стилистическими пометами. А респонденты предложили следующую дефиницию: «вести себя так, чтобы избегать столкновения с неприятными для себя ситуациями». 1 информант отметил, что в значении слова лавировать исключается оттенок нечестности.
В НКРЯ обнаружено 815 контекстов с данным глаголом, и в целом он употребляется в словарном значении. Рассмотрим контексты: Окончив юридический факультет Санкт-Петербургского университета, Александр Васильевич двинулся вверх по служебной лестнице, искусно лавируя между ультраконсерваторами и либералами (А. Алексеев. В. Н. Коковцов: неприятности взамен потрясений // «Наука и жизнь», 2007) [НКРЯ]; Но, когда я видел, что уже нет другого выхода, что иначе я не могу вывернуться из категорического или ― или, я вынужден был как-то лавировать. (Михаил Рощин, Татьяна Бутрова. Драматургия и проза жизни // «Октябрь», 2003) [НКРЯ]; Редакторы уже научились более-менее самостоятельно лавировать между рифами жесткой и смехотворной войны губернатора и градоначальника, чьи интересы как раз и представляет ее холдинг. Вернее, так: градоначальник представляет интересы ее хозяина. Кто-то из журналистов назвал эту войну враждой между батькой Махно и атаманом Маруськой. (Анатолий Кириллин. С собой не возьму // «Сибирские огни», 2012) [НКРЯ]; Полковник Зайцев «нажимал кнопочку» и вел переговоры одиннадцать часов без перерыва. Уговаривал, увещевал, лавировал, уходил от вопроса об оружии. (Служу Отечеству // «Солдат удачи», 2004.09.08) [НКРЯ].
Можно отметить, что сема ‘избегать конфликтов, разногласия’ эксплицируется в политическом дискурсе. Ср.: Президент действительно лавировал между группами интересов, но это как раз потому, что в России он не должен и не может быть на стороне какой-либо из партий в конфликтах. (Виталий Лейбин. План П // «Русский репортер», № 18 (18), 4-11 октября 2007) [НКРЯ]; Находясь «между двух огней», Олег лавировал, чутко улавливая изменения в политической обстановке: то склонялся к союзу с Москвой, то искал поддержки у могущественной Орды (И. Грачева. Сердце Переяславля Рязанского // «Наука и жизнь», 2007) [НКРЯ]; На его счету исторический выбор в пользу западной цивилизации, сделанный после событий 11 сентября. Ну а то, что он вынужден лавировать между реформаторами и чекистами, ― общеизвестный факт. Персонификация политической жизни это действительно проблема. Строить политику так, чтобы «нужным» людям всегда было хорошо и не дай бог сделать так, что «ненужные» заживут лучше них, <…> (Дмитрий Фролов. «Это не борьба кланов, а борьба классов» // «Совершенно секретно», 2003.08.09) [НКРЯ]. Рассматриваемое значение глагола является переносным, мотивированным прямым значением ‘двигаться, искусно обходя препятствия’, например, лавируя между столами, лавируя среди острых скал, лавировали между лужами, лавировать меж пешеходами и др. В связи с этим, в вышеуказанных контекстах лавировать тоже употребляется в сочетаемости: лавировать между реформаторами и чекистами, «между двух огней» лавировал и т.п.; т.е. лавировать в каких-л. условиях, обстоятельствах. 
Что касается оценочности изучаемого глагола, то, по мнению 64 % информантов, он имеет нейтральную оценку; и лишь 5 % полагали, что в семантике лавировать есть негативный оттенок. Данную лексему употребляют в собственной речи только 2 % испытуемых. 
Проанализировав единицы с общей семой ‘действовать с хитростью, обустраивая свои дела’, мы заметили, что они часто используются в конкретных условиях, уточняющих обстоятельство, причину, цель действия «хитрить». 
Кроме ловчить, глаголы изворачиваться, юлить, лавировать являются синонимами к доминанте в своём переносном значении. Изворачиваться и юлить достаточно частотны и имеют отрицательную оценку. Глаголы ловчить и лавировать малоупотребительны, оценочно амбивалентны.
Среди рассмотренных в данном разделе лексем глагол изворачиваться является наиболее близким к доминанте хитрить, далее идут юлить, ловчить и лавировать. Согласно данным лексикографических источников и мнению респондентов-носителей русского языка, изворачиваться, юлить относятся к разговорному стилю речи, ловчить – к просторечию, а лавировать – к нейтральному. 

2.3.5.	Темнить – крутить – вилять
Глагол темнить образован от прилагательного тёмный. Входя в состав синонимического ряда с доминантой хитрить, глагол темнить, согласно дефинициям толковых словарей русского языка, имеет значение ‘говорить намеренно путано, неясно, обманывать’. В МАС данный глагол относится к просторечию (МАС, 1984: т.4, 350), а в БТС – к разговорному стилю речи (БТС, 2006: 1314).
Информанты-носители современного русского языка определяют значение глагола темнить следующим образом: «скрывать правду, предлагая ложные и неясные объяснения; стараться в речи уйти от изложения сложившейся ситуации, не говорить всю правду; что-то не договаривать, не рассказывать всей правды с какими-то тёмными целями». Таким образом, предложенные респондентами дефиниции совпадают со словарным толкованием глагола темнить. 
В материалах НКРЯ исследуемый нами глагол в основном встречается в словарном значении: Начальником смены оказался симпатичный мужчина средних лет. Явно обескураженный, он не стал темнить и, не скрывая сочувствия, выложил нам всю горькую правду: ― Тут такое дело. Звонили из психлечебницы и просили задержать вас (красноречивый взгляд на Володю) до прибытия скорой помощи. (Давид Карапетян. Владимир Высоцкий. Воспоминания (2000-2002)) [НКРЯ]; ― Чувствовалось, что он что-то недоговаривает, ― признался Молодой. ― Может, он темнит или сам не знает? ― Я думаю, скорее, второе, ― сказал Игорь Васильевич. ― У Олега свои заморочки, он и сам нами вертит, как хочет. (А. Б. Сальников. Отдел // «Волга», 2015) [НКРЯ]; или «Мосфильм» тоже не проявлял острого желания увидеть меня снова. Марон темнил и деликатно тянул время. Все попытки самому устроиться в другие конторы, связанные с кино, тоже ни к чему хорошему не привели. При упоминании о жене-иностранке у кадровиков одинаково вытягивались лица и стыдливо опускались глаза. (Давид Карапетян. Владимир Высоцкий. Воспоминания (2000-2002)) [НКРЯ].
В НКРЯ зафиксировано 380 вхождений данного глагола (это количество контекстов, где темнить используется во всех значениях). 47 % испытуемых ответили, что часто употребляют данный глагол в собственной речи. Темнить, по мнению 91 % анкетируемых, является оценочно отрицательным. Ближайшим синонимом к темнить наши информанты считают глагол вилять.
Толковые словари русского языка определяют значение глагола вилять, в котором он является синонимом к хитрить, следующим образом: ‘уклоняться от прямого ответа, лукавить’. По данным БАС, МАС и словаря Н.Ю. Шведовой, данный глагол относится к разговорному стилю речи (БАС, 2004: т. 2, 572; МАС, 1984: т. 1, 175; Шведова, 2008: 92). Словарь Н.Ю. Шведовой подчёркивает неодобрительную коннотацию глагола вилять: «колебаться в суждении, уклоняться от прямого ответа, хитрить, юлить (разг., неодобр.)» (Шведова 2008: 92).
В НКРЯ исследуемый нами глагол употребляется во всех значениях в 1177 контекстах, среди которых вилять более активно используется во фразеологизме вилять хвостом. В рассмотренных нами ситуациях использования глагол вилять употребляется в словарном значении, например: Потому что, в конце концов, эту кашу заварил он. Надо было с самого начала не вилять, а говорить прямо и ставить свои условия. Теперь главное убедить Прохора, ну а Прохор постарается убедить Вадима. Он сможет. (Сергей Шикера. Выбор натуры // «Волга», 2014) [НКРЯ]; Почему пошли на сговор с преступником? Почему виляете, изворачиваетесь, суете голову в чужую петлю?.. А ларчик-то просто открывается, господин полковник! До смешного просто! (А. Макеев, Н. Леонов. Ментовская крыша (2004)) [НКРЯ]; «Роковое мистическое число семь, примененное к одному из дней недели, ― пишет этнограф-беллетрист С. В. Максимов, ― обращается в справедливый упрек тем общественным деятелям, на которых ни в каком случае нельзя полагаться и им доверять. Эти люди, давая обещания твердые и надежные, по-видимому, не исполняют их… виляют и обманывают, отлагая со дня на день на все семь дней недели». (У кого семь пятниц на неделе? // «Вокруг света», 2004.06.15) [НКРЯ]. 
Согласно результатам проведённого нами анкетирования, 69 % информантов отметили, что глагол вилять имеет отрицательную коннотацию. Только 17,6 % опрошенных ответили, что употребляют данный глагол в собственной речи. Респонденты полагают, что вилять можно заменить на крутить.
Глагол крутить образуется от прилагательного крутой. Будучи синонимом к глаголу-доминанте хитрить, глагол крутить, по данным лексикографических источников, обозначает ‘уклоняться от прямого ответа с помощью хитрости, уловок’. Все словари отнесли данный глагол к разговорному стилю речи. Лишь БТС отметил у глагола крутить управление что (БТС, 2006: 475). Наши информанты сформулировали значение глагола крутить следующим образом: «совершать нечестные поступки; не давать честных, прямых ответов; выражаться туманно, не высказывать прямо свою точку зрения».
Изучаемая нами единица является многозначной, поэтому, согласно данным НКРЯ, она частотна – 6410 вхождений. Среди зафиксированных в НКРЯ контекстов можно выделить следующие ситуации употребления, где глагол крутить синонимичен глаголу-доминанте хитрить:
1.	‘Говорить намеренно путано, недоговаривать’: ― Я вижу, Александр Иванович, что ты со мной не откровенен и что-то крутишь, ― сказал, уходя, Бунин. (М.К. Куприна-Иорданская. Годы молодости (1966)) [НКРЯ]. 
2.	‘Говорить неправду’: — Может, и с Петей.   — Данька, перестань крутить, скажи, с кем?   — С одной девицей.   — Ну мама, ну что тут непонятного — с девицей!.. (Екатерина Завершнева. Высотка (2012)) [НКРЯ]. 
Согласно мнению 70 % анкетируемых, глагол крутить отличается негативной коннотацией. Лишь 13,7 % респондентов употребляет его в собственной речи. 
Таким образом, рассмотренные нами в данном разделе глаголы являются синонимами к доминанте хитрить, во-первых, в своём переносном значении, во-вторых, в лексико-семантическом варианте ‘говорить непрямо, туманно’. Они, в отличие от проанализированных в предыдущих разделах единиц, входят также в состав ЛСГ «Глаголы речи». Темнить, вилять, крутить относятся к разговорному стилю речи и в большинстве ситуаций употребляются с отрицательной оценкой. Глагол темнить более частотен, чем вилять и крутить. Данные глаголы образуют специфическое звено синонимов – «глаголы речевого поведения».
Перейдём к описанию глагола мудрить, обозначающего ‘действовать с хитростью, использовать уловки с какой-л. целью’. 

2.3.6.	Мудрить
Глагол мудрить образуется от прилагательного мудрый. Данный глагол в толковых словарях русского языка трактуется как ‘делать что-л. излишне сложно, искать более сложные решения чего-л., пренебрегая простыми и ясными путями’, в качестве оттенка этого значения словари выделяют ‘прибегать к хитростям, уловкам для достижения чего-л.’. Глагол относится к разговорному стилю речи. Только БТС отмечает у данного глагола управление с кем-чем (БТС, 2006: 561). Наши информанты-носители современного русского языка сформулировали значение глагола мудрить следующим образом: «предлагать слишком сложные и запутанные объяснения или решения; рассказывать ненужные детали, запутывать с целью обмануть; специально усложнять что-либо, пытаясь скрыть истинную суть вещей». 
В НКРЯ обнаружено 434 контекста, где глагол мудрить употребляется во всех своих значениях. Изучаемый нами в составе синонимического ряда глагол, в первую очередь, используется в словарном значении: Когда видишь и принимаешь все как есть. Не мудришь и не выдумываешь. И если это «тегеран», значит это «тегеран» [Сергей Шикера. Стень (1998) // «Волга», 2009] [НКРЯ]; а также в следующих семантических оттенках:
1.	‘Уклоняться от прямого ответа, скрывая свои мысли’: Она, кстати, была в сто раз умнее его начальника штаба. Во всяком случае, с ней можно было быть откровенным и не мудрить. Другое дело, что он ей не все рассказывал. Вот и сейчас он не стал бы говорить о Кобяке, если бы она уже не знала. (Виктор Ремизов. Воля вольная // «Новый мир», 2013) [НКРЯ].
2.	‘Действовать с хитростью, обустраивая свои дела’: Разного рода "частные приглашения" могут создать проблемы при размещении на территории Финляндии. Поэтому лучше не мудрить, выбрать "законопослушный вариант", и тогда путешествие в эту замечательную страну превзойдёт все ваши ожидания. В добрый путь, господа! Контактные телефоны туристической фирмы "Мобиле-Тур": (095) 958-54-94, 958-55-09 (Федор Беркутов. Куда хочу, туда качу // «Туризм и образование», 2000.06.15) [НКРЯ]. 
3.	‘Находить выход из затруднительного положения’: Вот прямо исторический предмет! Доселе я только хитрил и мудрил, выпутываясь из трудностей. Вижу за собою песчаную степь африканскую, а пред собою величественные дубравы, красивые луга, богатые поля и пр. Но бедный Моисей не вошел в обетованную землю!» (Н. Эйдельман. Последний летописец (1983) [НКРЯ].
Согласно данным проведённого нами анкетирования, глагол мудрить часто употребляется в речи 31,4 % респондентов. Глагол, по их мнению, оценочно нейтрален. Согласно данным НКРЯ, исследуемая нами единица достаточно редко встречается в значении ‘прибегать к хитростям, уловкам для достижения чего-л.’.

2.3.7.	Переводческие эквиваленты русских синонимов во вьетнамском языке
На основе данных толкового словаря вьетнамского языка и двуязычного русско-вьетнамского словаря, второй синонимический ряд вьетнамских глаголов поведения с общим значением ‘действовать с хитростью’, может быть представлен следующим образом: 1 глагол со значением ‘действовать с хитростью, обустраивая свои дела’; 1 глагол, обозначающий ‘находить выход из затруднительных ситуаций’; 1 глагол со значением ‘уклоняться от прямого ответа’; 1 глагол, являющий переводческим эквивалентом русской единицы финтить в лексико-семантическом варианте ‘обманное движение, вводящее соперника в заблуждение’; 1 глагол со значением ‘совершать обман’ и 1 глагол, обозначающий ‘находить выход из затруднительного положения, избегая столкновений’, – всего 6 единиц.
Первый глагол (mưu) в толковом словаре вьетнамского языка трактуется как ‘применять тот или другой приём с целью достичь чего-н.’ (Хоанг Фэ, 2003: 654), на основе чего данный глагол может быть переводческим аналогом русских глаголов, объединённых общей семой ‘действовать с хитростью, обустраивая свои дела’. В современном вьетнамском языке данный глагол малоупотребителен, оценочно и стилистически нейтрален.
Глагол со значением ‘находить выход из затруднительных ситуаций’ (xoay xở) образуется от слова, имеющего значение ‘круговое движение’ (xoay), на основании чего данный глагол является аналогом русской единицы изворачиваться. Глагол, обозначающий ‘уклоняться от прямого ответа’ (nói quanh) и соответствующий по семантике русскому глаголу вилять, относится к ЛСГ «Глаголы речи» и употребляется лишь в данном значении. Лексема, обозначающая ‘находить выход из затруднительного положения, избегая столкновений’ (luồn lách), как и русский глагол лавировать, имеет сему ‘двигаться не прямо, обходя препятствия’. 
В отличие от русского глагола финтить, его переводческий эквивалент (lừa) во вьетнамском языке употребляется также более активно в лексико-семантическом варианте ‘совершать обман’, например, при игре, при торговле и т.д. 
Что касается вьетнамского глагола со значением ‘совершать обман’ (bịp), то он относится к просторечию и содержит неодобрительную коннотацию. На основе проведённого нами анализа глагола химичить мы считаем данную лексему переводческим аналогом химичить. 
В отличие от исследуемого нами синонимического ряда русских глаголов поведения с доминантой хитрить среди вышеуказанных вьетнамских единиц невозможно выделить глагол-доминанту в связи с тем, что во вьетнамском языке не существует универсального глагола, который может функционировать в разных ситуациях, как русский глагол хитрить, т.е. значение ‘действовать с хитростью’ в конкретных ситуациях вербализируется разными лексемами вьетнамского языка. 

Таким образом, проведённый анализ синонимов с общим значением ‘действовать с хитростью’ позволил выявить ядро и периферию рассмотренного в данном разделе синонимического ряда. Учитывая частотность в материалах НКРЯ и употребительность синонимов в речи носителей русского языка, к ядру ряда следует отнести глаголы хитрить (доминанта), лукавить, изворачиваться, темнить, юлить. Глаголы ловчить, плутовать, химичить, финтить, лавировать, крутить, вилять, мудрить относятся к периферии ряда. 
Наиболее значительное количество семантических оттенков было выделено для доминанты синонимического ряда – глагола хитрить. Дифференциация остальных синонимов может быть проведена по наличию актуализирующихся в определённых контекстах сем, отличающих их от доминанты, по характерным сферам употребления – спортивный, политический дискурс. 
По употребительности в современном русском языке (в порядке убывания) глаголы ядерной зоны распределяются следующим образом: хитрить, лукавить, темнить, изворачиваться, юлить.
Для расширения пассивного словарного запаса учащихся на занятиях по практическому русскому языку можно ввести в речь глаголы периферийной зоны русского синонимического ряда, обратив внимание на уровень владения языком студентов и этап обучения. 
Члены синонимического ряда русских глаголов поведения с доминантой хитрить употребляются применительно к субъекту любого возраста и пола. Кроме глагола крутить, все единицы являются непереходными. Глаголы лукавить, плутовать и мудрить могут сочетаться с существительным в творительном падеже: лукавить с кем, плутовать с чем, мудрить с кем-чем. Лексемы вилять, изворачиваться, крутить, лавировать, темнить, юлить являются синонимами к глаголу хитрить только в переносном значении. 
Что касается переводческих эквивалентов данных глаголов во вьетнамском языке, то лишь вилять, изворачиваться, лавировать, химичить, финтить имеют соответствующие им единицы. При презентации остальных русских лексем во вьетнамской аудитории необходимо представить существующие в сознании представителей русской лингвокультуры ситуации употребления каждого глагола с комментариями об оценочности, стилистической характеристике и содержащейся в их семантике дифференциальной семе. 

Выводы

Проведённый анализ синонимических рядов русских глаголов поведения на фоне их аналогов во вьетнамском языке позволяет прийти к следующим выводам.
Оба рассмотренных синонимических ряда глаголов русского языка являются многочленными. В их составе можно выделить доминанту, то есть синонимические ряды являются центрированными, а также звенья наиболее близких между собой по семантике единиц. Доминанты синонимических рядов – глаголы бездельничать и хитрить – обнаруживают большое количество семантических оттенков, актуализирующихся при употреблении в конкретной ситуации в речи, а также наличествующих в русском языковом сознании, что доказывают результаты анализа контекстов использования данных глаголов в разных типах дискурса и данные проведённого анкетирования информантов-носителей русского языка.
В структуре обоих рядов выделяются ядерная и периферийная зоны.
Для различения синонимичных глаголов следует учитывать дифференциальные семы, в том числе и имплицитно представленные в значении синонимов, актуальность/ неактуальность глаголов для современного русского языка и языкового сознания носителей языка, тенденции в изменении сферы использования единиц.
Так, в синонимическом ряду с доминантой бездельничать глагол лениться отличается тем, что акцент в его значении ставится на нежелании субъекта что-либо делать, лентяйничать в своей семантике актуализирует сему ‘ничего не делать по причине лени’, лодырничать включает в своё значение имплицитную сему ‘злостно не исполнять свои обязанности, работу’, лоботрясничать имеет имплицитную сему ‘отличаться низким уровнем ответственности’. Шалопайничать содержит имплицитную сему ‘дурачиться’, а балбесничать — ‘хулиганить, шалить’. Глаголы сибаритствовать и барствовать отличаются дифференциальной семой ‘жить в роскоши’, в современном русском языке они малоупотребительны, как и глаголы шалопайничать и балбесничать. Глагол баклушничать выходит из употребления в русском языке.
В составе синонимического ряда с доминантой хитрить глагол лукавить отличается тем, что он часто употребляется в ситуации, когда речь идёт о хитром поведении при говорении. Изворачиваться в своей семантике актуализирует сему ‘хитрить по какой-н. причине, при каких-н. условиях’, а юлить – сему ‘действовать нечестным образом’. Глагол темнить синонимичен доминанте хитрить лишь в лексико-семантическом варианте ‘недоговаривать, скрывать правду’. В семантике глагола ловчить подчёркивается сема ‘прибегать к неблаговидным способам’, а лавировать имеет сему ‘избегать неприятных для себя обстоятельств’. Вилять, темнить и крутить отличаются тем, что они являются глаголами речевого поведения. Глагол плутовать постепенно уходит из употребления в русском языке, глагол финтить обнаруживает тенденцию к уходу из общеупотребительной лексики в спортивный дискурс. Химичить и финтить малоупотребительны в речи носителей современного русского языка. 
Синонимическому ряду русских глаголов с доминантой бездельничать соответствует синонимический ряд глаголов вьетнамского языка, в котором тоже можно выделить доминанту. Но в значении этого глагола вьетнамского языка присутствует сема ‘не иметь, чем заняться’, чем может быть вызвана интерференция в русской речи вьетнамцев. Между глаголами синонимических рядов русского и вьетнамского языков наблюдаются межъязыковые векторные соответствия. Трудности могут возникнуть при семантизации глагола лениться во вьетнамской аудитории, так как для него не существует общелитературного переводческого эквивалента во вьетнамском языке. Необходимо будет объяснить оба лексико-семантических варианта русского глагола. 
Что касается аналогов русского синонимического ряда с доминантой хитрить, то переводческие эквиваленты вьетнамского языка образуют не центрированный ряд, в котором невозможно выделение доминанты. Большинство глаголов поведения синонимического ряда русского языка с доминантой хитрить являются многозначными, из-за чего может возникнуть межъязыковая интерференция и ошибки в русской речи вьетнамцев при употреблении данных единиц, поскольку учащимся необходимо выделить лексико-семантические варианты русских синонимов в соответствии с коммуникативной ситуацией.
Алгоритм презентации исследованных единиц в иностранной аудитории в целом (и во вьетнамской аудитории в частности) в соответствии с уровнем владения русским языком учащихся и с этапом обучения может быть определён следующим образом:
Для синонимического ряда с доминантой бездельничать:
для уровней В1 – В2: бездельничать, лениться, т.к. данные глаголы принадлежат ядерной зоне, бездельничать является доминантой, а лениться достаточно частотен;
для уровней В2 – С1: лоботрясничать, лодырничать, лентяйничать, т.е. могут быть введены другие единицы ядерной зоны;
для уровней С1 – С2: баклушничать, шалопайничать, балбесничать, сибаритствовать, барствовать, поскольку они относятся к периферии ряда.
И, соответственно, для синонимического ряда с доминантой хитрить:
для уровней В1 – В2: хитрить, т.к. данный глагол принадлежит ядерной зоне и является доминантой;
для уровней В2 – С1: лукавить, темнить, изворачиваться, юлить, т.е. другие единицы ядерной зоны;
для уровней С1 – С2: ловчить, плутовать, химичить, финтить, лавировать, крутить, вилять, мудрить, поскольку они относятся к периферии ряда.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, существуют различные точки зрения на определение понятия «синонимы» и разные направления в исследовании синонимии русского языка. В данной работе была принята традиционная дефиниция синонимов как слов одной части речи, обозначающих одно понятие, тождественных или близких по значению, но отличающихся оттенками значения и/или стилистической принадлежностью. При проведении лингводидактического исследования целесообразно использовать интегративный подход к изучению синонимов, что позволяет выявить грамматические, семантические, стилистические, прагматические особенности, способность единиц функционировать в той или иной коммуникативной ситуации. 
Анализ синонимических рядов русских глаголов поведения с доминантами бездельничать и хитрить был проведён в 7 этапов: определение состава каждого синонимического ряда по данным словарей синонимов русского языка; определение структуры синонимического ряда, выделение звеньев наиболее близких по семантике глаголов ряда; анализ отобранных единиц по данным толковых словарей русского языка; исследование особенностей функционирования синонимов в материалах «Национального корпуса русского языка»; анализ полученных данных в результате проведённого анкетирования носителей русского языка; рассмотрение русских синонимов на фоне их аналогов во вьетнамском языке. 
Трудности, которые могут возникнуть при презентации русских синонимов в иностранной аудитории, обусловлены не только тем, что толковые словари трактуют один русский глагол через другой, но и существующими значительными расхождениями между синонимией в словарях и в языковом сознании носителей русского языка.
Проведённое исследование двух синонимических рядов глаголов поведения русского языка позволило выявить семантические оттенки глаголов при их актуализации в дискурсе, наличие данных оттенков подтверждается результатами анкетирования носителей русского языка. Самое большое количество семантических оттенков демонстрируют доминанты синонимических рядов. В составе каждого синонимического ряда выделяются ядерная и периферийная зоны. В ядерную зону входят наиболее близкие по семантике к доминанте ряда глаголы. Периферию составляют единицы с наличием сем, позволяющих отнести их к другим лексико-семантическим группам, находящиеся на пересечении разных словарных объединений, а также обнаруживающие тенденцию к уходу в пассивный языковой запас или употреблению в каком-либо конкретном виде дискурса (политическом, спортивном) и формированию в связи с этим в некоторых случаях новых значений.
Сопоставление русских глаголов поведения с переводческими аналогами вьетнамского языка помогло определить трудности при работе во вьетнамской аудитории и способы их преодоления. На основе проведённого исследования русских глагольных синонимов на фоне вьетнамского языка были предложены лингвометодические рекомендации по презентации данных единиц. 
Представление русских единиц следует проводить в соответствии с выделенными ситуациями употребления глаголов, актуализирующими основные смысловые оттенки, и являющимися по сути когнитивными сценариями, существующими в сознании представителей русской лингвокультуры. 
С учётом этапа обучения и уровня владения языком был предложен алгоритм последовательного предъявления русских глагольных синонимов в иностранной аудитории: глаголы ядерной зоны синонимического ряда подлежат семантизации в первую очередь, глаголы периферийной зоны служат для расширения пассивного словарного запаса учащихся.
Перспективы исследования видятся в разработке структуры и составлении словарных статей учебного словаря русских синонимичных глаголов поведения, предназначенных для вьетнамского адресата.

Список использованной литературы

1.	Абакумов С.И. Учебник русской грамматики. Ч. 1. Фонетика и морфология. – М.: Госиздат, 1924. – 64 с.
2.	Авалиани Ю.Ю.; Ройзензон, Л.И. Синонимические отношения слов и фразеологических сочетаний // Лексическая синонимия: Сб. статей / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: Наука, 1967. – С. 163-173.
3.	Айдарова А.М. Глаголы поведения в русском, татарском, английском языках: Дисс. ... канд. филол. наук. – Казань, 2016. – 202 с.
4.	Айдарова А.М.; Мазаева Т.В. Глаголы поведения как объект изучения в разноструктурных языках // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии, 2015. – С. 211-215.
5.	Александров П.С. О понятии синонима // Лексическая синонимия: Сб. статей. / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: Наука, 1967. – С. 38-43.
6.	Апресян Ю.Д. Экспериментальное исследование семантики русского глагола. – М.: Наука, 1967. – 251 с.
7.	Апресян Ю.Д. Избранные труды. Т. 1. Лексическая семантика. Синонимические средства языка. – 2-е Изд., испр. и доп. – М.: Языки русской культуры, 1995. – 472 с.
8.	Апресян Ю.Д. Исследования по семантике и лексикографии: Т. 1: Парадигматика. – М.: Языки славянской культуры, 2009. – 568 с.
9.	Апресян Ю.Д. Основания системной лексикографии // Языковая картина мира и системная лексикография, под ред. Ю.Д. Апресяна. – М.: Яз. слав. культуры, 2006. – С. 152-153.
10.	Апресян Ю.Д. Проблема синонима // Вопросы языкознания, № 6, 1957. – С. 84-88.
11.	Апресян Ю.Д. Экспериментальное исследование семантики русского глагола. – М.: Наука, 1967. – 251 с. 
12.	Бацевич Ф.С. Функционально-отражательное изучение лексики (на материале русских глаголов). – Львов, 1992. – 71 с.
13.	Баш Е.Г., Дорофеева Т.М. и др. Учебник русского языка для студентов-вьетнамцев. – М.: Высшая школа, 1960. – 620 с.
14.	Белов В.А. Реализация теоретических подходов к синонимии в методике русского языка // Учёные записки Петрозаводского государственного университета. № 1 (170), 2018. – С. 96-101.
15.	Белошапкова В.А., Брызгунова Е.А., Земская Е.А. и др. Современный русский язык: Учеб. для филол. спец. ун-тов, под ред. В.А. Белошапковой, – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Высш. шк.,1989. – 800 с.
16.	Богданова Л.И. Представление актантной структуры русского глагола в грамматике // Бодуэновские чтения: Бодуэн де Куртенэ и современная лингвистика. Междунар. науч. конф. (Казань, 11-13 дек. 2001 г.): Труды и материалы: В 2 т. Т. 1. / Под общ. ред. К.Р. Галиуллина, Г.А. Николаева. – Казань: Изд-во Казан, ун-та, 2001. – С. 157-158.
17.	Бондарко А.В. Вид и время русского глагола (значение и употребление) [Текст]: пособие для студентов. – М.: Просвещение, 1971. – 238 с.
18.	Бондарко A.B. Функциональная грамматика. – Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1984. – 136 с.
19.	Брагина А.А. Синонимы в литературном языке. (Отв. ред. В.Н. Ярцева). – М.: Наука, 1986. – 124 с. 
20.	Буланин Л.Л. Трудные вопросы морфологии. Пособие для учителя. – М.: Просвещение, 1976. – 208 с.
21.	Булаховский Л. А. Введение в языкознание. Ч. II. – М.: Учпедгиз, 1953. – 178 с.
22.	Булыгина Т.В. Грамматические и семантические категории и их связи // Аспекты семантических исследований. – М.: Наука, 1980. – С. 320-355.
23.	Васильев Л.М. Семантика русского глагола. – М.: Высшая школа, 1981.  – 184 с.
24.	Васильев Л.М. Семантика русского глагола: Глаголы речи, звучания и поведения. Учеб. пособие. – Уфа: БГУ, 1981. – 71 с.
25.	Васильев Л.М. Семантический класс глаголов поведения в современном русском языке. Исследования по семантике. – Уфа: БГУ, 1976. – С. 41-64.
26.	Васильев Л.М. Современная лингвистическая семантика: Уч. пос. для вузов по спец. «Рус. яз. и лит.», «Прикладная лингвистика». – М.: Высшая школа, 1990. – 175 с. 
27.	Виноградов В.В. Русский язык (Грамматическое учение о слове), под. ред. Г.А. Золотовой, – 4-е изд.  – М.: Рус. яз., 2001. – 720 с.
28.	Гайсина P.M. Наблюдения над сочетаемостью поведенческих глаголов// Синтаксис и интонация. – Уфа, 1973. – С. 206-210.
29.	Галенко И.Г. Мотивация глаголов поведения в русском языке // Семантические классы русских глаголов: Межвуз. тем. сб. – Свердловск, 1982. – С.83-88.
30.	Горбачевич К.С. О переменном характере лексической синонимии // Лексическая синонимия: Сб. статей. / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: Наука, 1967. – С. 74-78.
31.	Гуднов Р.Н. Синонимические ряды глаголов интеллектуальной деятельности в современном русском языке (функционально-семантический аспект): Дисс. … канд. филол. наук. – СПб., 2013. ‒ 162 с.
32.	Дегтярева Т.А. К проблеме синонимики // Уч. зап. I МГПИИЯ. –  Т. V, 1953. – С. 23-26. 
33.	Денисов П.Н. Лексика русского языка и принципы её описания. М.: Русский язык, 1980. – 253 с.
34.	Денисов Ю.Н. О некоторых подходах к проблеме выделения доминанты синонимического ряда // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки, выпуск 2 (118), 2013. – С. 169-174. 
35.	Евгеньева А.П. О некоторых особенностях лексической синонимии русского языка // Лексическая синонимия: Сб. статей. / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: Наука, 1967. – С. 56-74.
36.	Жданова О.П. Стилистическая и интеллектуальная оценочность глаголов поведения // Лексико-семантические группы современного русского языка. – Новосибирск, 1985. – С. 48-55.
37.	Жданова О.П. Функционирование глаголов поведения в составе однородного синтаксического ряда // Классы глаголов в функциональном аспекте. – Свердловск, 1986. – С. 37-44.
38.	Жданова О.П. Особенности лексического значения глаголов поведения // Номинативные единицы языка и их функционирование. – Кемерово, 1987. – С. 25-30.
39.	Жуков В.П., Жуков А.В. Русская фразеология. – М.: Высшая школа, 2006.  – 310 с.
40.	Зиновьева Е.И. Основные проблемы описания лексики в аспекте русского языка как иностранного. – 2-е изд.  доп. – СПб.: Филол. фак-т СПбГУ, 2005. – 88 с.
41.	Зиновьева Е.И. Понятие "поле" в лингвометодических исследованиях // XXXII Международная филологическая конференция. Вып. 15. – Русский язык как иностранный и методика его преподавания. – СПб., 2003. – С. 108-112.
42.	Иванникова Е.А. О роли мотивированности значения в синонимических отношениях слов // Лексическая синонимия: Сб. статей. / Отв. ред. Бархударов С. Г. – М.: Наука, 1967. – С. 104-121.
43.	Исаченко О.М. Функционально-семантический класс глаголов поведения (системно-семантический, функциональный и лингвокультурологический аспекты): Дисс. ... канд. филол. наук. – Новосибирск, 2000. – 208 с.
44.	Иштанова Р.К. Глаголы татарского языка в семантическом аспекте: Дисс. ... канд. филол. наук. – Казань, 2002. – 284 с.
45.	Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. – 7-е изд. – М.: Издательство ЛКИ, 2010. – 264 с.
46.	Касевич В.Б. Элементы общей лингвистики. – М.: Наука, 1977. – 178 с.
47.	Клюева В.Н. (Предисловие) О синонимах и синонимическом словаре // Краткий словарь синонимов русского языка, – 2-е изд. испр. и доп. – М.: Учпедгиз, 1961 – С. 3-12.
48.	Кобозева И.М. Лингвистическая семантика: учебное пособие. – М.: Эдиториал УРСС, 2000. – 352 с.
49.	Косов A.B. О двух направлениях в изучении соотношения семантических и синтаксических признаков глагола // Русский глагол в сопоставительном освещении / Межвуз. Сб. научных трудов / Волгогр. гос. ун-т – Волгоград: Изд-во ВПИ, 1988. – С. 186-194.
50.	Кузнецова А.И. Понятие семантической системы языка и методы её исследования. – М., 1963. – 59 с.	
51.	Кузнецова Э.В. Предисловие // Лексико-семантические группы русских глаголов: Учебный словарь-справочник, Науч. ред. Э. В. Кузнецова. – Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1988. – С. 3-11.
52.	Кузнецова Э.В. Русская лексика как система: учеб. пособие. – Свердловск: Изд-во Урал. гос. ун-та, 1980. ‒ 89 с.
53.	Лагутина А.В. Абсолютные синонимы в синонимической системе языка // Лексическая синонимия: Сб. статей / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: Наука, 1967. – С. 121-129.
54.	Лебедева С.В. Два подхода к исследованию лексической синонимии // Психолингвистические исследования значения слова и понимания текста. – Тверь: Изд-во ТГУ, 1999. – С. 68-73.
55.	Лексико-семантические группы русских глаголов / (О.П. Жданова, И.Т. Вепрева, М.Л. Кусова и др.); Науч. ред.: Э.В. Кузнецова. – Иркутск: изд-во Иркут. Ун-та, 1989. – 176 с.
56.	Лынник Н.А. Семантические и функциональные свойства многозначных глаголов ‒ опорных членов синонимических рядов: Автореф. дисс. … канд. филол. наук. – Л., 1988. – 17 с.
57.	Любимова Н.А., Первушина И.С. Парадигматика и синтагматика соответствий звуку [š’:]: при овладении русским языком вьетнамцами и китайцами // Русский язык как иностранный и методика его преподавания: сб. научн. тр. Вып. 28  /Редкол.: Е.И. Зиновьева, Н.А. Любимова (отв. ред.), Л.В. Московкин и др., 2017. – № Выпуск 28. – С. 22-26.
58.	Морфология современного русского языка: учебник для высших учебных заведений Российской Федерации / С.И. Богданов, В.Б. Евтюхин, Ю.П. Князев и др. – СПб.: Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2009. – 634 с. – (Русский мир: учебники для высшей школы).
59.	Николенко Л.В. Лексикология и фразеология современного русского языка: Учеб. пособие для студ. филол. фак. высш. пед. учеб. заведений. – М.: Издательский центр «Академия», 2005. – 144 с.
60.	Палевская М.Ф. Проблема синонимического ряда, его границ и возможности выделения доминанты // Лексическая синонимия: Сб. статей / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: Наука, 1967. – С. 94-104.
61.	Палевская М.Ф. Синонимы в русском языке. – М.: Просвещение, 1964. – 128 с.
62.	Плотникова А.М. Когнитивный сценарий глаголов поведения (на материале русского языка) // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Лингвистика, выпуск 8, № 2, 2009. – С. 48-50.
63.	Проблемы глагольной семантики: Сб. науч. тр. / (Редкол.: Э. В. Кузнецова (отв. ред.) и др.). – Свердловск: изд-во Урал. ун-та, 1984. – С. 64-71.
64.	Рассказы советских писателей: [Для лиц, говорящих на вьетнамском языке]. – М., 1963. – 120 с.
65.	Рогожникова Р.П. Соотношение вариантов слов, однокоренных слов и синонимов // Лексическая синонимия: Сб. статей / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: Наука, 1967. – С. 151-163.
66.	Розенталь Д.Э., Голуб И.Б., Теленкова М.А. Современный русский язык: Учеб. пособие для студентов-филологов заочного обучения. – М.: Высш. шк., 1991. – 559 с.
67.	Русская грамматика: в 2-х т.: Т. 1. Фонетика. Фонология. Ударение. Интонация. Словообразование. Морфология; редкол.: д. филол. н. Н.Ю. Шведова (гл. ред.) и др. – М.: Наука, 1980. – 783 с.
68.	Русский язык: В 2-х ч.: Ч. 1. Лексикология, стилистика и культура речи, фонетика, морфология: Учебник для студентов средних педагогических учебных заведений / А.М. Земский, С. Е. Крючков, М.В. Светлаев; под ред. В. В. Виноградова, – 13-е Изд., стереотип. – М.: Издательский центр «Академия» 2000. – 304 с.
69.	Русский язык. 5 класс: Учебник для общеобразовательных учреждений: В 2 ч. Ч. 1 / М.Т. Баранов, Т.А. Ладыженская, Л.А. Тростонцева и др.; Науч. ред. Н.М. Шанский. – М.: Просвещение, 2012. – 192 с. 
70.	Садохин А.П. Введение в теорию межкультурной коммуникации. – М.: Высшая школа, 2005. – 310 с.
71.	Серебренников Б.А. Общее языкознание. Формы существования, функции, история языка. / Под ред. Б.А. Серебренникова. – М.: Наука, 1970. ‒ 597 с.
72.	Сиротина В.А. Лексическая синонимика в русском языке. – Львов: Изд-во Львовского ун-та, 1960. – 48 с.
73.	Слесарева И.П. Проблемы описания и преподавания русской лексики, – 2-е изд., испр. – М.: Русский язык, 1990. – 176 с.
74.	Старостина Е.В. Фреймовый анализ русских глаголов поведения: на материале ассоциативных реакций: Дисс. ... канд. филол. наук. – Саратов, 2004. – 271 с.
75.	Уфимцева А.А. Некоторых вопросы синонимии // Лексическая синонимия: Сб. статей / Отв. ред. Бархударов С.Г. – М.: 1967. – С. 26-38.
76.	Фаворин В.К. Синонимы в русском языке, Свердловск, 1953. – 71 с.
77.	Филин Ф.П. О лексико-семантических группах слов // Езиковедски изследования в чест на академик Стефан Младенов. – София, 1967. – С. 527-538.
78.	Фоменко Ю.В. Глагол // Современный русский литературный язык, под ред. П.А. Леканта. – М.: Высш. школа, 1996. – 462 с.
79.	Черняк В.Д. Синонимия в русском языке: учеб. пособие для студ. высш. учеб. Заведений.  –М.: Издательский центр «Академия», 2010. – 128 с.
80.	Черняк В.Д. Лексические синонимы в русском языке (глагольные синонимические ряды [Текст]: лекция по курсу «Лексикология соврем. рус. яз.» / Ленингр. гос. пед. ин-т им. А.И. Герцена. – Л.: 1973. ‒ 23 с.
81.	Чжан Хун. Лексико-тематическое представление внешнего облика человека в современном русском языке: функционально-семантический аспект: на фоне китайского языка: Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. – СПб., 2007. – 22 с. 
82.	Шапиро А.Б. Некоторые вопросы теории синонимов. Докл. и сообщ. Ин-та языкознания АН СССР, VIII, 1955. – С. 69-87.
83.	Шведова Н.Ю. Глагол как доминанта в системе русской лексики // Филологический сборник (к 100 летию со дня рождения акад. В. В. Виноградова) (Редкол.: М. В. Ляпон (отв. ред.) и др.). – М.: ИРЯ, 1995. – С. 409-414.
84.	Шмелёв Д.Н. Современный русский язык. Лексика. Учебное пособие для студентов пед. ин-тов по специальности «Рус. яз. и литература». – М.: Просвещение, 1977. – 335 с.
85.	Щерба Л.В. Избранные работы по русскому языку. – М., 1957. – С. 63-84.
86.	Щур Г.С. Теории поля в лингвистике. – М.: Наука, 1974. – 225 с.

Список использованных словарей и источников и их условных наименований
87.	Александрова З.Е. Словарь синонимов русского языка. Около 9000 синонимических рядов. Под ред. Л.А. Чешко. – 2-е изд., стереотип. – М.: «Сов. Энциклопедия», 1969. – 600 с.
88.	Ахманова О.В. Словарь лингвистических терминов. – М.: «Сов. Энциклопедия», 1966. – 608 с.
89.	Большой академический словарь русского языка. Том 1-26. – Москва Санкт-Петербург «Наука», 2004. – (БАС).
90.	Большой толковый словарь русского языка. Под ред. С.А. Кузнецова. – Санкт-Петербург, «Норинт», 2006. – 1536 с. – (БТС).
91.	Большой толковый словарь синонимов русской речи [Текст]: идеограф. описание, 200 синоним. рядов, 10500 синонимов /, Л.Г. Бабенко, Н.А. Дьячкова, Ю.В. Казарин, [и др.], ред. Л.Г. Бабенко. — М.: АСТ-Пресс, 2008. – 753 с. – (словарь Бабенко).
92.	Горбачевич К.С. Словарь синонимов русского языка. – М.: Эксмо, 2012. – 608 с. – (словарь Горбачевича).
93.	Клюева В.Н. Краткий словарь синонимов русского языка, – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Учпедгиз, 1961. – 344 с.
94.	Краткий учебный русско-вьетнамский словарь / сост.: И.А. Мальханова; Московский гос. ун-т им. М. В. Ломоносова, Ин-т стран Азии и Африки, Каф. филологии стран ЮВА, Кореи и Монголии. – М.: Изд-во МГУ, 1974. – 114 с.
95.	Лексико-семантические группы русских глаголов: Учеб. слов. - справ./ Авт.-сост. Э.В. Кузнецова (науч. рук.), Л.Г. Бабенко, Н.А. Боровикова и др.; (Под общ. ред. Т.В. Матвеевой). – Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1988. – 152 с. – (словарь Кузнецовой).
96.	Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В.Н. Ярцева. – М.: Сов. энциклопедия, 1990. – 683 с. – (ЛЭС). 
97.	Новый объяснительный словарь синонимов русского языка. Второе издание, исправленное и дополненное / Авторы словарных статей: В.Ю. Апресян, Ю.Д. Апресян, Е.Э. Бабаева, О.Ю. Богуславская, И.В. Галактионова, М.Я. Гловинская, С.А. Григорьева, Б.Л. Иомдин, Т.В. Крылова, И.Б. Левонтина, А.В. Птенцова, А.В. Санников, Е.В. Урысон. Под общим руководством акад. Ю. Д. Апресяна. — Москва; Вена: Языки славянской культуры: Венский славистический альманах, 2003. – 1488 с.  – (словарь Апресяна).
98.	Новый словообразовательный словарь русского языка для всех, кто хочет быть грамотным / А.Н. Тихонов. – Москва: АСТ, 2014. – 639 с.
99.	Русский семантический словарь. Толковый словарь, систематизированный по классам слов и значений / Российская академия наук. Ин-т рус. яз. им. В.В. Виноградова; под общей ред. Н.Ю. Шведовой. – М.: "Азбуковник", 1998. – 674 c. – (Шведова).
100.	Русский язык: Энциклопедия / гл. ред. Ю.Н. Караулов. – М.: Большая рос. энцикл.: Дрофа, 1998. – 704 с.
101.	Русско-вьетнамский словарь: в 2-х тт. Около 43000 слов. – М.: Рус. яз., 1987. – (РВС).
102.	Словарь русского языка. – Т. I-IV. – М: «Русский язык», 1981-1984. – (МАС).
103.	Словарь синонимов русского языка. В 2-х тт. / ИЛИ РАН; под ред. А.П. Евгеньевой. — М.: ООО «Издательство Астрель»: ООО «Издательство ACT», 2003. – (словарь Евгеньевой).
104.	Тихонов А.Н. Словообразовательный словарь русского языка в двух томах: Ок 145000 слов. – М. "Русский язык" 1985. Том I. – 854 с.
105.	Толковый словарь вьетнамского языка / Отв. ред. Хоанг Фэ. Ханой-Дананг, 2003. – 1221 с. – (ТСВЯ).
106.	Толковый словарь русских глаголов: Идеографическое описание. Английские эквиваленты. Синонимы. Антонимы. / Под ред. Л.Г. Бабенко. – М.: АСТ-ПРЕСС, 1999. – 693 с. 
107.	Толковый словарь русского языка с включением сведений о происхождении слов / РАН. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. Отв. ред. Н.Ю. Шведова. – М.: Издательский центр «Азбуковник», 2008. – 1175 с. – (словарь Шведовой).

Электронные ресурсы
108.	Национальный корпус русского языка. Режим доступа: http: // www.ruscorpora.ru/ (дата обращения – 28.03.2020).
109.	Справочно-информационный портал ГРАМОТА.РУ – Русский язык для всех. Режим доступа: http: // gramota.ru/ (дата обращения – 19.02.2020).

ПРИЛОЖЕНИЯ
Приложение 1: Образец анкеты для носителей русского языка
Уважаемые информанты, ответьте, пожалуйста, на вопросы анкеты.
Убедительная просьба не прибегать к помощи словарей и интернета при ответе на вопрос!
Ваш пол:
Ваш возраст:
Образование:

1.	Пожалуйста, напишите своими словами значение глагола хитрить:
2.	Укажите его стилистическую отнесённость: разг., книжн., прост., или другая?
3.	Укажите выражаемую глаголом оценку: положительную, отрицательную или нейтральную.
4.	Напишите предложение с указанным глаголом.
5.	Употребляете ли вы в своей речи этот глагол?
6.	Какие глаголы из перечисленных ниже, на ваш взгляд, являются близкими по значению (синонимами) к глаголу хитрить? Пожалуйста, отметьте их и укажите выражаемую ими оценку и стилистическую отнесенность: 
	Синоним к хитрить	Полож.	Отриц.	Нейтр.	Разг.	Книжн.	Нейтр.	Прост.	
									
Вилять									
Лукавить									
Крутить									
…									

7.	Напишите своими словами значения глаголов, которые вы отметили выше.
8.	Допишите глаголы, которые вы считаете синонимами к хитрить, но которые не указаны в списке.
9.	Какие глаголы из тех, что вы отметили как близкие по значению к глаголу хитрить, являются наиболее частотными, по вашему мнению?
10.	 Какие из них вы чаще употребляете в своей речи?

Спасибо вам огромное!

Приложение 2: Образец анкеты для носителей вьетнамского языка

Mọi người vui lòng trả lời các câu hỏi bên dưới. Trong quá trình trả lời mong mọi người không sử dụng từ điển và các tài liệu tham khảo khác.
	Giới tính:
	Độ tuổi:
	Trình độ giáo dục:

1.	Hãy giải thích nghĩa của động từ mưu:
2.	Từ ngữ trên thường được sử dụng trong các văn bản thuộc phong cách: ngôn ngữ nói, ngôn ngữ sách vở, tiếng long hay khác?
3.	Theo bạn từ được nêu trên biểu thị sắc thái: (có thể chọn nhiều phương án): tiêu cực, tích cực hay trung hòa?
4.	Viết 1 câu trong đó có sử dụng động từ trên:
5.	Bạn có sử dụng động từ mưu không?
6.	Từ ngữ nào dưới đây đồng nghĩa với động từ mưu? (có thể chọn nhiều phương án):
	Đồng nghĩa với  mưu	Văn phong nói	Văn phong sách vở	Tiếng lóng	Tiêu cực	Tích cực	Trung hòa	
Lừa								
Bịp								
…								

7.	Theo bạn còn những từ nào đồng nghĩa với với động từ mưu (ngoại trừ những từ đã nêu ở câu trên)?

Cảm ơn bạn đã tham gia khảo sát!